Анекдот про иваныча

Кусок бутерброда, лежащий на пустой желудок (KB). Ладно, заткнись. Вдруг на него наливают рюмку коньяка, другую. Потом икра, салаты, различные закуски. водка закончилась. Ну, он спрашивает KB при следующем мочеиспускании — мол, что там? «У кого-то юбилей», — отвечают они. OK. Кроме того — что еще хуже — вино в больших количествах наливают доверху. KB всплывает на поверхность и снова кричит: «Ребята, что там?» «Да, юбилей Ивана Ивановича!» — слышится в ответ. А потом бам-бам — пиво вообще стало литься на всех! Наше КБ здесь не задержалось, — он поднялся, отодвигая всех соседей: — Ну, посмотрим, каков Иван Иванович!

По радио от тракториста Петра Ивановича Сидорова мы получили просьбу передать первую сюиту для скрипки и клавесина Джузеппе Композьери. Ты, Петро, не болтай, а послушай песню «Бахама-мама» Бони М.

Василий Иванович осаждает Казань, но не решается взять ее штурмом. Ну, посылает он Петьку на разведку, мол, сходи, узнай, что происходит. — А если вы не вернетесь через два дня, то мы возьмем Казань и поможем вам! Петьки нет, день — нет, два — нет, три — нет. Василь Иваныч решает спасти Петьку, собирает войска, проводит агитацию и ведет в атаку. Три дня они сражались — взяли Казань, но Петьку не нашли. Обыскали весь город — нет Петьки! Опять стали искать, и вот Василий Иванович нашел бордель, зашел, а там Петька сидит, пьет вино, весь обложенный подушками, женщины вокруг него танцуют танец живота — держатся за наполнитель. Увидел Петьку Василия Ивановича: — А! Василий Иванович подходит к нему и в лицо только Х-ЧРыс!!!- А если я узнаю, что такое «манде» — я тебя убью!

Лежать на голодный желудок — это кусок бутерброда (KB). Ладно, заткнись. Вдруг на него наливают рюмку коньяка, другую. Потом икра, салаты, различные закуски. водка закончилась. Hy спрашивает KB y другого Писания — они говорят: что там? «Юбилей y кого-то» — ответ. OK. Также — что еще хуже — вино в больших количествах наливают сверху. Выскакивает KB и снова кричит: «Ребята, что там?» «Да, юбилей Ивана Ивановича!» — слышится в ответ. И тут бац — пиво вообще начало литься во всех! Наше КБ не выдержало — поднялось, растолкало всех соседей: — Давайте посмотрим, что такое Иван Иванович.

Красно-белые на позициях. Телега проезжает через позицию белых. Есть крестьянка. Белая задержка. Крестьянка объясняет, что идет в соседнюю деревню. Пропущено. Телега прибывает на позицию Рэда и подъезжает к штабу. Фурманов выходит вперед. Крестьянка снимает платок. — Петька, — восхищенно восклицает Фурманов, — да он маскируется! — Что я! — скромно говорит Петька, — развяжите Василия Ивановича!

Петька вытаскивает Чапаева из реки Урал и делает ему искусственное дыхание. Вода из Василия Иваныча все хлещет и хлещет. Подходит казачье войско. Есаул советует.

Красно-белые на позиции. Телега проезжает через позиции белых. Есть крестьянка. Белая задержка. Крестьянка объясняет, что идет в соседнюю деревню. Пропущено. Телега прибывает на позицию Рэда и подъезжает к штабу. Фурманов выходит вперед. Крестьянка снимает платок. — Петька!» — восхищенно кричит Фурманов. — Да, в маске! — Что я, — скромно говорит Петька, — Василия Иваныча разоблачаю!

Как-то от скуки Василий Иванович Петька позвал его и велел сделать из мухи слона, попав к нему с поросячьим двором. Опечаленный леший и денщик, Василий Иванович, см. песулет. Включает его в комнате, муха летает по комнате и кричит: «Я — слой, я — слой, только я на почках».

Как-то встретит Петька Аньку и скажет: — Слышь, Анька, у меня идея! Вы любите Василия Ивановича? — Высоко! — Так давайте пойдем на юбилей пионера вашего пулемета «Максим» Василия Ивановича? — Что ты, Петька! Затем, после второго, он будет зажат!

После Сергея Ивановича спросили: — Эти недальновидные задержки зарплат по всей стране — что они означают? «Если бы я был гинекологом, — ответил Сергей Иванович, — я бы сделал вывод: если в стране есть задержка зарплаты, то она, скорее всего, беременна революцией.»

Петька и Василий Иванович как-то напились в Депеле, Нью-Йорк, и Чапай снова открылся. Петька, все еще стоявший на ногах, перегнулся через него и прикручивал к пластилину второе «достоинство». Утром, кажется, Петька, уйдя, видит Сибиля Василия Ивановича и в непонимании колет — что, мол, с тобой? — Да ты пойми, Петька, я подумал и посмотрел — у меня два х%аза, я был один, но я исчез!

Купил у Василия Ивановича диван. Сосны Дома скажут Петьке: — Петька, я одну ночь на ночь поем, посмотрим — как он будет ломать Аль нет, а потом отпущу тебя спать, а сегодня ты одну ночь на полу под Полом! Петька согласился и лег на пол. Спящий, холодный, вываливающийся из всех щелей, стального цвета яйца, в которых он был много раз заменен. Он поднял и бросил Василия Ивановича на пол. Он удобно устроился на диване и заснул. Этот Василий Иванович захотел в туалет. Петька спит, а тут избушка: — Пенетаааааа. Включи свет, я не могу встать с дивана!

Василий Иванович готовится к свадьбе, и Петька замечает, что он не приглашен на свадьбу. Ну, он спрашивает Василия Ивановича, почему тот его не пригласил. Василий Иванович отвечает: — Ты, Петька, когда напьешься, ведешь себя очень некрасиво. А Петька отвечает: — Не бойся, если что — посади меня в бочку с холодной водой. В общем, Петька просыпается на следующий день после свадьбы в бочке с холодной водой, ни черта не помнит, ну, спрашивает у Василия Ивановича, что он натворил? Василий Иванович отвечает: «Ну, когда ты драл мою невесту… я звал, я еще терпел, но когда ты поставил мою мать — — а-лау… поставил веник и сказал нам, что эта щелка принесет счастье, я не мог ее поставить!!!».

Петька приходит к Василию Ивановичу и эту книгу читает. Петька: — О чем книга? — О логике. — Как это? — Вы любите ловить рыбу? — Я люблю. — Потом вы сушите и едите? — Да. — Тогда пиво для рыбы? — Да. — Тогда пиво и водка? — Да, я потребляю. — После водки женщин тянет? — Да, тянет. «Так стоит ли $h того?» Да, стоит. Мне понравилась книга Петьки, я взял ее почитать у Василия Ивановича. Он сидит дома, говорится в книге, к нему приходит Фурманов. — Петька, что ты читаешь? — О логике. — Как это? — Вы любите ловить рыбу? — HE. — И так, и сяк, и доллар того не стоит.

Однажды он вызвал к себе лидера партии и сказал: «Кислая штука жизнь — это партия». Но разве мы не организуем оппозицию внутри самой партии, как женскую партию? — Да, с женщинами у нас туго. — А ты один из новых членов или придумай что-нибудь. Переходим к новому году. Звонит вождь Иван Иванович. Как говорится, вы за счет такой женской оппозиции. — Так что я не женщина! — А вы придумайте что-нибудь — время еще есть! От Макарыча

Несколько лет назад на Ren TV была передача о культурных событиях и культурной жизни в целом в США. А поскольку шутки также считаются культурной ценностью, корреспондент (наш русский) попросил людей на улице рассказать свой любимый анекдот. Один из американцев сказал (согласно переводу): «Женщина за рулем автомобиля — это уже шутка». Если я услышу это в России, я не удивлюсь. Но потом меня что-то поразило. Зная, что в Штатах женщины водят машины с тех пор, как они появились 100 лет назад, и что в Америке уже был миллион женщин-автомобилистов, когда царь Николай правил Россией, и до революции еще несколько лет, и что есть машина для девочек — как стиральная машина у нас. Вообще, этот момент показался мне странным, ну, как если бы американец вдруг рассказал анекдот на английском языке про Василия Ивановича и Петьку… …После просмотра передачи я понял, что вечером или утром, не помню, эту передачу повторяли. Я записал трансляцию на диктофон. После обеда я включил звук очень громко, стал слушать, что на самом деле говорит этот американский чувак. Голос русского переводчика звучал так громко, что его можно было услышать на улице — но ничего не поделаешь, пришлось слушать английскую речь. Результат: дядя рассказал очень короткий и непристойный анекдот с участием женщины и некоторых частей женского тела. Пересказывать такой анекдот на телевидении было категорически нельзя, и его заменили банальной для русского уха историей о бабе-дуре в машине. А вы говорите — подделки в телевизионном монтаже!

Чистя двадцатую рыбу на кухне, жена сердито говорит мужу, рыбаку:

— Как мужчина я прошу вас! Во время рыбалки пейте воду.

— Почему страна, победившая Гитлера, не может справиться с водкой?

Поэтому она никогда не нападает первой.

Пост окончен, водка принята!

Московские таксисты совсем перестали пить. Никто не может объяснить, почему. Психологи решили организовать эксперимент. В пустой комнате поставили стол, на нем — непочатая бутылка водки и стакан. Отпустите таксиста. Он вошел, облизал губы и вышел, даже не прикоснувшись к ним.

— Расскажите нам о своих чувствах.

— Я вхожу в комнату. Я вижу бутылку водки — я хочу выпить. Вижу — на бутылке

КОРК. — Я ничего не хочу!

Петька приехал из Англии, где учится в университете. Василий Иванович спрашивает, как они там живут, как народ, какие обычаи. Тогда Петька решает показать Василию Ивановичу, как высшее общество ходит в ресторан. Он пригласил Василия Иваныча в ресторан «Белые ночи», одетый в костюм-тройку, при галстуке, в очках, из кармана торчит уголок носового платка. Василий Иванович, как увидел его, решил не ударить лицом в слизь, смутился своих брюк и выцветшей рубашки.

Петька заказал официанту перед едой: «Кофе без кофеина и большой кофейник». Тут Василий Иванович замешкался, потом буркнул:

«Большой стакан безалкогольной водки», — говорят они, тоже интеллигентно. Официант принес кофе для Петьки и стакан воды из-под крана для Василия Ивановича. Василий Иванович почувствовал запах на одном дыхании, понюхал его рукавом, понял, что это простая вода, спросил официанта: «Но это же не водка, где запах безалкогольного?». Официант дышал ему в нос и

Дорогой Дедушка Мороз, я положил под елку молоко и печенье для тебя и Снегурочки, а также морковку для твоих оленей и кроликов. С любовью, Даша.

— Дорогая Даша. От молока у меня понос, а от морковки олени пукают мне в лицо, когда мы с Белоснежкой катаемся на санях. Ты хочешь доставить мне удовольствие? Оставьте бутылку водки, но не паленую. Дедушка Мороз.

ПРОКЛЯТИЯ ДРЕВНИХ ШУМЕРОВ

Самое начало 90-х годов. Карина, толстая, веселая армянка на тонких каблуках, всегда была желанным гостем в нашем хостеле. Она постоянно вносила оранжево-ягодно-шоколадные оттенки в наш черно-белый студенческий обед. Черно-белый, потому что белая паста была в черной кастрюле. Но мы любили его не только за это, хотя я не буду говорить за всех. И поэтому Карина, дочь богатых родителей, была совершенно уверена, что этого качества ей хватит на всю долгую и счастливую жизнь. Папа взял для дочери трехрублевую купюру на Васильевском острове, но Карина от скуки часто приходила в общежитие полировать заколками наш старый потертый линолеум. Вся ее жизнь в Петербурге состояла из того, что она просыпалась от полуденного залпа бычьего рога, ловила такси, приезжала на очередной апраксин двор, доставала краем глаза, чтобы точнее сосчитать количество нулей на ценнике, вручала продавцу увесистую пачку обесцененных денег и становилась обладательницей очередной шелковой темы. О да, даже Карина любила учиться и подошла к этому делу со всей возможной ответственностью. В конце концов, именно поэтому папа отправил дочь в Санкт-Петербург и ежемесячно высылал ей четыреста стипендий из Еревана. Никто никогда не видел Карину на лекциях, ей было удобнее спать дома. Ее учеба начиналась и заканчивалась только во время сессии. У каждого учителя был свой подход. У одного был ящик поддельного армянского коньяка, у другого — целый пакет дорогих продуктов, а кому-то не хватало скучной книги по искусству. Проще всего было заплатить деньгами, но в те времена их все еще не принимали… Так Карина медленно, но верно двигалась к своей цели — красному, как Ferrari, диплому. За всеми этими заботами незаметно подкрался пятый курс. Курс рассчитан на написание диссертации. Ворчуны» потянулись в библиотеки, а все остальные — к опытным студентам, чтобы эти $100-120 можно было распределить как можно лучше. Работа закипела, и только для Карины, библиотека — не сразу, не стоит там делать, даже посмеяться не с кем. Аспиранты, тоже не на высоте, она, как всегда, поступила по-своему и скромно постучалась в кабинет заведующего кафедрой. Она вошла: — Здравствуйте, Борис Иванович. Я хотел бы проконсультироваться с вами по поводу диплома. — Все еще не можете выбрать тему? Я советую вам взять шумеров. Очень благодатная тема, но почему-то все ее боятся. — Да, мне все равно, какая тема, главное, чтобы был красный диплом. Признаюсь вам откровенно — после института я вышла замуж за сына друзей моего отца. Очень уважаемые и порядочные люди, поэтому они ставят условие, что у невесты должен быть диплом с отличием, говорят, что если он не красный, то невеста пять лет непонятно зачем… ну, вы поняли. — Подождите, чем я могу вам помочь? Я не понимаю. Напишите дипломную работу с отличием, защитите ее — получите красный диплом. — Я говорю, что после свадьбы мы с моим будущим мужем поедем в Нью-Йорк, но там нет ни древних, ни простых шумеров, даже диплом из нашего института никому не нужен… извините. Конечно, я мог бы попросить любого из ваших выпускников написать мне, но я боюсь, что во время защиты меня о чем-то спросят и все — я заснул, поэтому лучше пишите диплом. Во-первых, вы наверняка напишете его очень хорошо, а во-вторых, как председатель комитета вы не позволите никому загружать мой мозг и задавать глупые вопросы.

Борис Иванович перевел дух и крикнул: «Заходи-о-о-о! Как вы смеете, я, глава департамента, предлагать такое?

Карину с шумом подтолкнули к двери, она машинально схватилась за ручку, но взяла себя в руки, не убежала, а продолжала мягко: — Борис Иванович, возможно, вы меня не поняли. Это не бесплатно. Я дам вам пятьсот долларов. — Ш-о-о-о-о. Вах-ох-ох-ох. Клянусь, что не только красного, но и простого диплома, вам не видать как своих ушей! Теперь я иду к ректору, чтобы поднять вопрос об отчислении. Хамми!

Испуганная Карина снова схватилась за ручку и прошептала: «Тысяча… Девочка, ты еще здесь? Все! Прощай! — Два … — Ну, что за наглость. Мне сорок восемь лет, и уже слишком поздно менять свои принципы. Не все в этом мире измеряется деньгами, дорогая. Вы можете прямо сейчас пойти в деканат и добровольно забрать свои документы… — Три… — Три тысячи долларов? — Не совсем! Четыре…

Свирепые глаза Бориса Ивановича выскочили из орбит, и он обреченно выдохнул: — Вам подойдет искусство и письменность древних шумеров…? __________________________________________

Прошло шесть месяцев. Борис Иванович изменился, стал каким-то низкорослым. Взгляд потускнел, искрометный юмор куда-то исчез. Да, и все это как-то уменьшилось, поседело и постарело. Но стало известно, что он окончательно переехал с матерью из коммунальной квартиры в отдельную квартиру. Его даже положили в палату.

До государственных экзаменов оставался месяц.

Карина стала замечать, что заведующая отделением боится ее и избегает. Однажды она даже перешла через дорогу и начала завязывать шнурки, чтобы он ее не встретил. Несмотря на то, что она может выглядеть. Карина: — Борис Иванович, но мой диплом еще не готов, а то я бы хотела его хотя бы прочитать? — Кариночка, дорогая, зачем тебе это читать? Главное, что работа была на первых пяти. Все под контролем, не волнуйтесь. Осталось совсем немного.

За неделю до штата.

Карина: — Борис Иванович, можно ли взять вас на работу? Мне еще предстоит сделать несколько красивых переплетов. — У меня осталось несколько страниц, потому что я хочу, чтобы все было на уровне. У меня есть кожаный чехол. Красного столько, сколько захотите.

Осталось два дня.

— Борис Иванович, я уже начал волноваться. — Не волнуйтесь, ваша работа готова. В тот вечер я все закончил, просто отвернулся и забыл забрать. Завтра вы встретитесь со своими древними шумерами. Все будет хорошо.

На следующее утро Карина помчалась к заведующему кафедрой, но кабинет почему-то был закрыт, и никто не знал, почему Бориса Ивановича нет в институте. В новой квартире у него еще не было домашнего телефона, а мобильными телефонами в те годы пользовались только перестроечные киллеры…

За пять долларов Карина купила в деканате его домашний адрес, остановила такси и помчалась за его красными шумерами в кожаном переплете. Она позвонила в дверь, и ей ответила заплаканная старая бабушка. Карина: — Здравствуйте, здесь живет Борис Иванович? Бабушка разрыдалась: — Нет больше моего Борюсика. Его только что увезли в морг. Кровоизлияние, разрыв кровеносного сосуда. Я привез его в ваш институт…

Карина хотела поискать «свою» красную папку, перевернула всю квартиру, но не нашла ее. Его там не было.

Она так и не получила диплом, ни красный, ни синий. Вскоре из Еревана приехал маленький, полный отец-армянин и выгнал несчастную дочь обратно домой…

80-е годы, сельский кооператив. Председатель скончался от сердечного приступа и отказался от должности. На собрании был избран новый председатель. Желающих не так уж и много, а точнее их вообще нет — кому охота нервничать — родственники за совершенно символические деньги?! Все отговаривают, мол, семья, дети, некогда. Они уговаривают местного бездетного вдовца Ивановича: — Иванович, ну, если ты председатель, то больше некому! — Так я не знаю как, я не справлюсь! — Мы поможем, мы поможем. — Дак я не знаю бумажек! — Мы поможем, мы поможем. — Так я выпью, я выпью за вас кооператив! — Мы поможем, мы поможем.

— Может ли Иван Иванович? — Он в учреждении. — Подскажите, как закончить, пусть звонит Петровичу. — Он говорит, что объект новый, поэтому он будет закончен как минимум дважды.

Однажды на моей старой работе возник спор на пустом месте. Мой коллега курил дорогие сигареты и на вопрос об Ивановиче (нашем боссе) «Что ты показываешь?» ответил, что не может курить дешевые. — Отличаете ли вы их по вкусу? — Конечно! И тут глаза Ивановича загорелись. Это было во время корпоративной пятницы, или дня рождения, или какого-то другого праздника, но все не только пили, но и курили прямо в комнате, среди нас не было ни одного некурящего. Предложенный аргумент — каждый выложил свои сигареты на стол. Показать коллегу. Затем завяжите ему глаза, дайте сделать затяжку от каждой сигареты, и он должен назвать печати на сигаретах. Зная Ивановича, он сразу заподозрил подвох. Испытуемому завязывают глаза. Давая им затянуться, он называл всевозможные марки, и люди едва сдерживали смех. Для коллеги каждый раз вытаскивали одну и ту же сигарету.

В нашем отделе никто не избежал шуток Ивановича. Ну, за исключением того, что мне удалось сделать это чисто случайно. Случай особый, поэтому я скажу. У меня там была работа, на которой я работал без устали. Они получали мизерную зарплату, обучались и работали. Я был рад, что знания и приобретение фактически новой профессии дороже денег. Когда я создал свой первый интерфейс Orakl-Form и отправил его на критику Ивановичу, он решил поиздеваться надо мной. У них была проблема, которую они не могли преодолеть. Формы имеют стандартные средства отображения списка значений. Вам не нужно ничего программировать, укажите на таблицу ссылочным указателем, поставьте кучу галочек, и вуаля — окошко с кнопкой вызова справочника. Но клиенты хотели немного пошалить — вы вводите первые 3-4 буквы фамилии, нажимаете кнопку, и в списке значений выделяются только фамилии, начинающиеся с этих букв. Это кажется мелочью и, вероятно, было реализовано без всякого программирования, просто поставили где-то нужную галочку. Но как бы они ни искали, они не нашли его. Именно здесь он хотел поймать меня и заставить перелопатить всю документацию в поисках решения. С одной стороны, даже если нет результата, это всегда полезно, с другой — чем черт не шутит, вдруг найду решение. Как он позже признался, он составил гневную речь, уже набрав воздух для тирады: «Они получат посредственность, и мне придется угасать вместе с вами здесь». Изучайте материал. » И затем аналогичная подстава от меня — не зная его, я сделал все именно так, как они хотели. Он застыл в изумлении. Он смотрит на экран на меня, обращается к своим коллегам: «Посмотрите, что он сделал». Коллеги анализируют, спорят с любопытством. Из уст Ивановича вырвалось тихое бормотание «Завернуть сукина сына», «Как ты это сделал?». А я сижу в непонятках — то ли стрелять будут, то ли вообще приказ отдадут, я был, наверное, единственным, кто спасся от его шуток.

После того как мой дедушка (инженер-авиаконструктор) вернулся домой, я расспросил свою бабушку (хирурга) о болезни, которая случилась с его коллегой. И он сказал следующее: — Слушай, у Ивановича тут геморроидальный конъюнктивит, это не опасно? После, наверное, 5 минут смеха последовал ответ: — Я не знаю, опасно это или нет, но вы только что вытащили глаза за задницу.

Даже когда мы учились в школе и были старшеклассниками. Около одиннадцати вечера раздается телефонный звонок, родители спят, он берет трубку: — Иван Иванович, добрый вечер. Мне жаль, что приходится иметь дело с таким большим количеством позднего времени… друг, поняв, что ошибся с номером, деликатно сообщает об этом звонящему и кладет трубку, укладываясь в постель. Через несколько секунд снова раздается звонок и тот же голос, почти не молящий Ивана Ивановича. Друг, уже ничего не объясняя, просто тупо кладет трубку снова. Через несколько секунд позвоните снова. Тогда он, как человек с чувством юмора, решил подыграть ей и произнес в трубку хорошо поставленным голосом: — Добрый вечер. Я слушаю. «Иван Иванович, прошу извинить за позднее беспокойство, но нам нужно уточнить некоторые цифры в завтрашнем отчете и срочно подписать документы», — радостно сделали на том конце провода. Поняв, что его не раскусили, мой друг продолжил игру: «Ладно. Давайте. И какие-то цифры, имена сыпались в телефон. Друг, теперь уже отчаянно зевая, иногда просто соглашался, иногда его просили поправить что-либо. Наконец в трубке прозвучало: — Отлично. Большое спасибо, Иван Иванович. Так что, мне теперь подойти к вам с бумагами на подпись? Друг, вошедший в роль, засыпает, говорит: — Хорошо. Просто подготовьте все как следует и ничего не забудьте. В ответ ему удается услышать: — Конечно, конечно, Иван Иванович… Я быстро! Затем он кладет трубку и беспечно засыпает. Время близилось к полуночи. П.С. Имя, которое было названо, друг, конечно, уже не помнит. Поэтому — Иван Иванович.

Он был одет в зеленый камуфляж и резиновые сапоги. Судя по раздраженной самоуверенности и поднятому подбородку — из властных структур, но не местных. Все местные жители известны. Казалось, он пришел поохотиться.

Инспекторы, которые привели его, остались в коридоре. Не наш, городской. У них опять облава. Говорят, что взяли на въезде в Кузнечиху, спали в машине.

— Здравствуйте, гражданин, садитесь.

Лицо гиперемированное, одутловатое, не первый день видно. И Дух есть, Дух есть… виски… как виски.

— Фамилия будет, извиняюсь. Мамикин. Но не является ли он родственником окружного прокурора Мамикина. Нет.

— О, пожалуйста, встаньте и закройте глаза. Теперь вытяните руки вперед. О, как это потрясло вас! И глаза красные. Что. Устала. Мы долго ехали за рулем. Правильно.

Давление немного повышено, но это нормально. Пульс — это часть. А может, это Митрохин, наш начальник, сын — зять; говорят, приезжал.

— А вы, значит, охотитесь на нас. Случайно вы не охотились с Митрохиным. Я этого не знаю. Я вижу.

— И они не могли получить никаких травм, не так ли? Какие кандалы на мозге. Нет. И алкоголь сегодня употребляли. Что, даже пиво. Просто охота. Я вижу.

— Водите, вот, в банке с перманганатом калия, только не сильно, не плюйтесь… да, опять… после того, как обесцветилось.

А может быть, это военный комиссар Игорь Иванович Кореш. Он также любит парадный камуфляж. Это было бы нехорошо. Иванович может обидеться. Толик — Значит, весной этого года восемнадцать ударят.

— И вы начинали в армии. Нет. А, писатель … из Москвы …. Ну, уточняйте, уточняйте…

А фельдшер Кузьмин, со спокойной совестью, старательно выводил в нужной строке — алкогольное опьянение средней тяжести.

Взглянув на календарь, он указал дату, время и подписал одиночество.

У нас есть водитель на работе. Крестьянин, 57 лет, жилистый, седой. Киль небольшой, но прочный. Он всю жизнь проработал на грузовике и теперь перевозится нами на Matiz. Люди за всю свою работу накопили очень много! И теперь, когда мы продолжаем работу над «Матиссом», он говорит, что одна лучше другой.

После работы они как-то подсели к руководителям мужчин. Или у них был перерыв, или они просто «расслабились», ну, в общем, они конкретны и начали обсуждать, роются ли их жены в их карманах. Кто что сказал, дискуссия разгорелась нешуточная. И тут один из дальнобойщиков говорит: мол, сто фунтов не влезают в мои карманы.

— Ой, (давай Ивановича), да они все тебя копают, тебя кормят, — пытались возражать его коллеги. Но Иванович была непреклонна, чуть ли не в драку лезла, чтобы доказать его правоту.

Время шло, пустых бутылок становилось все больше, и вот уже Иванович лежал на диване, ну, и засыпал. Наш водитель, не задумываясь, берет листок бумаги. Аккуратным почерком он пишет на нем: «Дорогая, приезжай ко мне скорее, я очень скучаю по тебе. Елена». Эта бумажка обретает силу и заполняет самый длинный, самый потайной карман пиджака Ивановича, пока он спит. Спит и не знает, что тест уже был проведен.

Надо ли говорить, что на следующий день Иванович пришла с расцарапанным лицом и в недоумении сказала всем, мол: «Мою штучку толкнули, напали, говорят, что она у тебя для Леночки, ты такая-сякая, а я не знаю, не знаю, не знаю. Что это за женщина. «

Мужчины от души посмеялись и рассказали все как есть.

«Я же говорил вам, что все они лезут в ваши карманы», — подытожил наш водитель.

Иванович загрустила, но не обиделась на мужчин. Вот такая длинная история.

Они исправили интерьер молодого офицера окружной полиции. И кража, произошедшая на их территории, была приличной. Ну, участковый ей и говорит: — Ты, Митька, человек новый, никто тебя не знает. Сегодня вы пойдете в таверну, сядете, будете слушать, доверять, обращаться с мужчинами. Не болей, это все за мой счет! — Хорошо, Михаил Иванович! Я сделаю это! Митька приходит на следующее утро. Участковый милиционер спрашивает: — Ну, как все прошло? Он что-нибудь нашел? — Нет. Скука там, все сидят тихо, как мыши! — Странно. Ну, добрались вы до таверны, и с чего все началось? — Я подхожу к бармену и говорю: «Я начну со 150 коньяка, на счет Михаила Ивановича, записывайте!».

«Плати за него, пока он жив. Любите его таким, какой он есть… » (chayf)

Дело прошлое, но люди все еще собираются в разных частях бильярдного клуба, морщат лбы, шепчутся и все еще пытаются что-то вспомнить, чтобы найти концы. Кто такой Иван Иванович? Откуда он взялся? Как я выгляжу? А может быть, это вовсе не Иван Иванович? Никто даже не оставил номер телефона. То ли сам Иванович не давал, то ли никто не спрашивал.

Что касается его жены и детей, то им тоже было неинтересно, все разговоры как-то больше крутились вокруг качества мячей, подготовки к турнирам, членских взносов и ремонта стола. Кто бы мог подумать?

Со специальными символами вообще не густо: возраст? Ну, может быть, немного в пятидесятых, хотя некоторые утверждают, что все шестьдесят. Рост? Примерно в среднем, то есть без вывески. Курение. Иногда мог выпить коньяк после особенно красивой игры. Как и все.

Он появился в клубе около пяти лет назад и с тех пор ходит сюда почти каждый день. Он держался в тени, никогда не участвовал в турнирах, хотя умел хорошо играть. Жаль, что он не участвовал, тогда его фамилия была бы на слуху, можно было бы сразу вычислить, а так…

На деньги почти не играл, а если и играл, то, по мелочи, в клубе все свои и «по д-под» друг друга на большие деньги — это признак дурного тона.

Главный признак Ивановича — он играл на бильярде если не лучше всех в клубе, то, во всяком случае, на любого чемпиона мира, однажды не стыдно было «объегорить» Ивановича.

Вот его шкаф: сверху — кейс от Kia, нижняя полка — специальные замшевые туфли для игры, сигареты, зажигалка и больше ничего, совсем ничего. Никаких случайных записок с номерами телефонов, никаких квитанций из камеры хранения и прачечной.

Старейшина клуба относился к Иванчу с уважением, более того, они каждый раз заставляли его и просили как следует поколотить абрикос или «жулика»? И Иван Иванович с удовольствием показал. И вот наступил тот день перед новым годом.

Народу в клубе было очень мало, Иванович, весьма довольный собой, «разделал под орех» какого-то новичка, сел на стул и ждал своего выстрела, прошелся головой, повернул лицо и… умер.

Скорая помощь. Полиция. Паника.

При нем не было ни документов, ни мобильного телефона.

Вскоре полиция поняла, что ничего не ясно: отпечатки на пальцах никуда не делись, не были причастны, не были причастны и не были причастны.

Установить его личность было невозможно. Просто безымянный труп, бездомный.

Бильярдный клуб на похоронах взял все на себя, купил Иванычу костюм, красивый лакированный гроб, положенный на кий рядом.

Даже надпись на камне сделали: «Здесь лежит человек, который играл в бильярд…».

С Новым годом, друзья! Проявите заботу и внимание к «Иванам Ивановичам», еще не поздно, пока они еще на нашей стороне…

В 91-м году моя сестра уехала в Лондон, оставив ключи в квартире (апартаментах) своего бывшего мужа. Иванович любил ходить до развода, но потом образовалась хата. Соответственно, праздник в квартире проводился постоянно. Через три месяца я вернулся из командировки и активно включился в веселье. Помню, что бутылок с балкона хватило на ящик водки у спекулянтов. Сейчас вы уже не вспомните, как и откуда брались деньги в те годы, но, похоже, их было достаточно. Двое из компании были увлечены романтикой полукриминального движения, Иванович что-то продавал, я таскал инторов по городу, вечером — веселье в квартире сестры. Состав веселья менялся, некоторые люди приходили в гости, Дэва менялся сам по себе. Но три девочки почти постоянно находились в квартире в разных вариациях, то две, то все три и один ребенок все еще там. Вполне комфортно — всегда есть компания, напитки и все остальное. И примерно через три месяца такой жизни сестра решила снять квартиру и попросила забрать ключи у Ивановича. Я пришла за ключами, его в квартире не было, только эти девушки. Он спросил: «Где Иванович?». Ответ удовлетворил: «Да, мы не знаем, где Иванович, он здесь не живет». «Как он?» «Ну — мы просто снимаем у него эту квартиру».

Здесь много рассказов о медицине, я тоже придумал один. Это было более 30 лет назад, по прошествии многих лет, вы можете сказать, что я собираюсь изменить имена, но участники живы, насколько я знаю. Небольшая областная больница, куда я приехал по распределению (честное слово, черт, хоть и столичный холостяк), граница с Россией рядом, местные жители, заимствующие многие русские обычаи, переделанные в менделеевские, в честь Менделеева, легендарного химика-изобретателя периодической таблицы и водочной технологии, ну, ладно. Там я работала по всему профилю — и анестезия, и интенсивная терапия, и экстренная и неотложная помощь, и дежурства в больнице.Врачей не хватало, все дежурили по больнице, включая стоматологов и патологоанатома/судебно-медицинского эксперта — такие чудеса. Молодому человеку повезло, я тогда был непьющим, что было неслыханно в тех местах с повальным алкоголизмом, поэтому меня часто вызывали в серьезных ситуациях, думали, что я смогу помочь. Иногда мне это удавалось. Однажды вечером, после дежурства, я поехал домой, снял комнату у пенсионерки. Умылась, разбила жареные яйца, только закричала, прибежала фельдшер Надя, пожилая и очень интеллигентная женщина, лица на ней нет, все это необычно, обычно мигает фарами УАЗа в окна. Менделеевич, поехали скорее, с Иваничем беда, говорит, умирает. Но вы должны знать, что это не простой пациент, местная легенда, отличный хирург и отчаянный пьяница, полгорода родственников, закадычных друзей и знакомых были его пациентами. Я пристегиваюсь на ходу, чемоданчик набит лекарствами, трубками, ларингоскоп в зубах. Мы идем, точнее, торопимся. Дом, пятиэтажное здание для местной аристократии, мы взлетаем на второй этаж, врываемся в квартиру, где царит горе. Эрдель-терьер воет, жена Майя плачет, две дочери икают — национальная трагедия. Виновник трагедии лежит в гостиной на диване, укрытый одеялом, по его лицу гуляет странная улыбка — растерянная, испуганная улыбка является плохим знаком, знаком обреченности и поражения. Выхожу, однако, все глаза на меня, я еле дышу, сажусь рядом, спрашиваю, Иванович, что с тобой? Я умираю, Босоногий мертв, сынок. Я рву твои клетчатые, блядь, ублюдочно-синие ноги, от пояса вниз, синяя гангрена, потом я бросился за диагнозами, скорая меня научила. Во-первых, пульс ног, гм, отличный, по всему телу, уф, уже лучше, наполнение сосудов неплохое. Неврология? Все движения, кажется, сохранены, чувствительность тоже. Тишина в комнате, очень напряженная. Диагноза нет. И тут включается мой мозговой резерв — нелепые мысли о плохой погоде, дождливой, утренней. Там же сумбурные мысли о сегодняшнем дне хирурга Иванича, обе его операции отменены, он с утра начал хворать, тусуется с друзьями по городу, собирается в больницу около полудня, донимает меня критикой американских джинсов, как польские дешевле и полезнее. Вьюга, одним словом. Но это было наложено на мое знание тысячи анекдотов, что спасло меня от смущения. Я обращаюсь, Вера, дайте мне, пожалуйста, ватный тампон со спиртом. Шприц? Что нужно набрать? Мне не нужно ничего, кроме ваты. Тяжелый взгляд Майи, опытной медсестры — когда ты начинаешь его лечить, ты становишься сукой с большой буквы. Я беру ватку и медленно начинаю рисовать квадрат — 1 на 1 сантиметр, 2 на 2, нормальная кожа, ватка синяя. Мимо меня пролетела увесистая пощечина крестьянской дочери — Иванич уловил брызги на своем лице, его злобная улыбка сменилась выражением страшной радости и облегчения. Все изменилось в одно мгновение — дочери смеются, собака радостно лает басом, Майя проклинает мужа — пьяный позор, черт, напуган до смерти. Первым опомнился Иваныч: «Вера, никому ни слова, ты поняла? Клянусь.

Местные рычаги запугали ее, она поклялась. Дочери умны, их отец не будет так нелепо позориться, Майя тоже не враг, репутация мужа серьезная. Я остаюсь, не успею, Иванович, — они вышли из комнаты, — мне надо поговорить с Менделевичем. Мы с ним полностью победили. Он перемещается к роялю, притопывая ногами, отходит, открывает крышку и достает две !!! коньячные бутылки !!! Мишка-Нама, ни слова, ты понимаешь? Иванович, я сдержал слово, но на старости лет можно открыть архивы. Моральные уроды уносят жизни, влияют на жизнь, иногда помогают поставить диагноз. Все живые герои этой истории — Ул. И долгие годы. Молодым врачам удачи и добра!

Сообщение на сайте знакомств.

Максим: «Познакомлюсь с дедушкой для серьезных отношений. Кому будет интересно — пишите».

Деннис: «С дедушкой? Александр: — Эссе, может быть, хотя все может быть. Максим: — С девушкой! Саша: — Максим, я знаю одного деда правильного, Ивановича. Если хотите, я его представлю.

Сидит кладбищенский сторож, пьет водку, улыбается чигарху. Вдруг он слышит шелест листьев, шаги. Он подталкивает Берданку, кричит: подожди! Кто это? Я — ожившее тело погибшего Ивана Ивановича с пятого участка. Ух, страшно! Я думал, что взобрался.

Улюкаев будет переведен в «образцовую» колонию для бывших чиновников, судей и силовиков. На территории ИК-3 есть бар «В Ивановичах», зимний сад, православный и буддийский храмы и даже аквариум. У меня такое чувство, что это не то, но мы садимся!

Однажды Петька пошел с Василием Ивановичем в театр, на спектакль «Волшебная лампа Аладдина». Как обычно, мы пили пиво перед выступлением, ну, и зашли в зал. К середине первого акта Петьке захотелось в туалет, ну, он к В.И.: «Василий Иванович, он пива просит» «Петька-перец, не могу, Василий Иванович» — «Петька, я тебе не могу, не можешь, ты не позорно сидишь» «в данный момент» — «Ну, черт, смотри сам». » Петька выбегает из аудитории, начинает искать туалет одну дверь открывает костюмерная, вторую бухгалтерия, третью дирекция, открывает другую и там в комнате и в ней стоит горшок. Ну, он быстро сделал свои дела и вернулся в зал. А там зрители лежат под креслами под креслами, он толкает Василия Ивановича, спрашивает, что случилось? — «Когда ты выходил на сцену, ты думал о такой роли, когда ты писал в кастрюлю, зал молчал, но когда Джин вылез из кастрюли и сказал, что это не роль, а полный $ Dollar Dez и завтра он объявит забастовку, тут уж зал не выдержал», anekdotov.net

Встречает после Петьки Аньку и говорит: «Анька, у меня идея!». Вы любите Василия Ивановича? — Высоко! — Так давайте в годовщину революции в Василия Ивановича переименуем ваш пулемет в «Максим»? — Что ты, Петька! Затем, после второго выстрела, он прижмет его!

Однажды Петька пошел с Василием Ивановичем в театр, на спектакль «Волшебная лампа Аладдина». Как обычно, мы пили пиво перед выступлением, ну, и зашли в зал. К середине первого акта Петьке захотелось в туалет, ну, он к В.И.: «Василий Иванович, он пива просит» «Петька-перец, не могу, Василий Иванович» — «Петька, я тебе не могу, не можешь, ты же не позорно сидишь» «в данный момент» — «Ну, черт, смотри сам». » Петька выбегает из аудитории, начинает искать туалет одну дверь открывает костюмерная, вторую бухгалтерия, третью дирекция, открывает другую и там в комнате и в ней стоит горшок. Ну, он быстро сделал свои дела и вернулся в зал. А там зрители лежат под креслами под креслами, он толкает Василия Ивановича, спрашивает, что случилось? — «Когда вы вышли на сцену, вы думали о такой роли, когда вы писали в горшок, зал молчал, но когда Джин вылез из горшка и сказал, что это не роль, а полная долларовая деза и завтра он объявит забастовку, тут уж зал не выдержал».

Навеяно печальной «годовщиной» событий 08/08/2008.

1967 — Годовщина революции 7.11. 1917 . Поэтому поводом послужил концерт в школе, где разные классы представили союзные республики со своими программами. Наш четвертый «Б» «получила» Грузия. Гвоздем» программы стала песня — «Наша песня разбудила горы над Арагвой». Мы отдали все силы. Выступление «хора» из 27 пионеров под мрачную мелодию, так непохожую на наши «Ой мороз…» или «Во поле береза». ‘ вызвал зубную боль. Мы так старались, что последние снежные барсы покинули «пробудившиеся» горы, а самолет-танкер разбился в Аргентине. (шутка) Но! Тогда в моей детской душе проснулось любопытство — GEORGIA — и ЧТО ЖЕ?! Что я тогда знал об этой республике? Сталин, Берия, князь Багратион, «Мцыри» и фильм «Отец солдата», и в то же время я лично видел на рынке черноволосых человечков с большими красными носами в шапках «аэропорт», которые круглый год продавали фрукты и цветы. Годы летели, я узнал о Грузии много нового — разного. Но любопытство не исчезло. Потом, с «перестройкой», все стало круче: «саперные лопаты у здания правительства». «, Горбачев: «. Я не знал. «, Гамсахурдия — Цхинвали. Покушение на Шеварднадзе (По телевизору он в белой футболке, как алкоголик.) Наконец, Михаил Николаевич бросается к трибуне с красной «голландской» розой в руке. Наших выдавливают из Грузии. Пик событий 08.08.2008 — день открытия Олимпийских игр в Пекине. Через три дня Михаил Николаевич снова — сидит на троне и жует свой галстук, тоже красный, с розовым оттенком. (Ирония судьбы — вихри жизни забросили Михаила Николаевича в Голландию полюбоваться миллионами алых роз, чтобы не забыть свой звездный час.) Отвлекусь немного. В этот день я понял смысл фразы из анекдота (. и тут Василия Иваныча залили картой.) поясню. Он называл себя «демократом». Я смотрел CNN, я искренне думал, что Уэст — модель. Итак 08.08 — утром, по 1 каналу дают в новостях — что Грузия. — Цхинвали, «Грады», миротворцы. Я сразу переключаюсь на CNN — здесь ничего нет. Затем наши транслируют открытие Олимпиады, показывают взволнованного Путина, пытающегося привлечь внимание Буша-младшего. Далее следует показ заседания Совета Безопасности ООН! Я смотрю CNN — опять ничего о Грузии! А вечером по Первому каналу сообщили, что наши войска прошли через Скалистый туннель, Яву… Я посмотрел CNN — Ба! Русские напали на Грузию!!! Нехорошо! Здесь я узнал все о Василь Иваныче. Американцы держат всех за «лохов», вот их карта, то, что им нравится, принадлежит им и почему, «потому что» — «Мы исключительная нация» (так выразился Обама). Этим летом мы решаем, куда поехать в отпуск. Мы обращаемся к «нашему» туроператору. Это, вау — были, черт возьми, горячие. А потом звонок оператору — «… да-да, ну как, ну как, вы принесли вино? А как насчет грузин? «Я сделал стойку. ДЖОРДЖИЯ — КАК?! На вашей машине? — МАЛО. Такси. Интересное наблюдение: многие друзья спрашивают: «Куда? Ответ — Грузия. И я наблюдаю за реакцией: сначала недоумение, потом движение искажений, потом лицо озаряется пониманием — «А, к Гру-у-узии, ах. » 100%. («Да, мы стали забывать имена героев» (О. Бендер). Закончила вопрос про внучку, умница — отличница (перешла в 4 класс!) — «Дедушка, а ГРУЗИЯ — это ЧТО?» и начала крутиться. Через две недели с женой в очереди за машиной в Верхнем Ларсе. Единственная открытая дорога из России в Грузию. План: поехать в Батуми на 10 дней, затем в Тбилиси на несколько дней. А оттуда домой.Дорога.Пять часов ожидания в очереди.Пограничники,досмотр,штампы в паспортах и мы поехали по Яндексу.В штатном навигаторе моего кроссовера Россия только до Элисты.

(Привет от японцев для островов!?). «Я прошу тебя. «. На дисплее смартфона песня написана довольно широкой строкой. В некоторых местах дисплей казался полностью выбритым из-за извилистых линий трассы. Мы вышли. Перед Тбилиси они повернули направо и направились к морю. Почти сразу же начался автобан. Ах, как приятно не обращать внимания на визг антирадара! (Я появляюсь, но что случилось.) Запрет быстро закончился после развилки горы. Прошла регулярная дорога с указателями на английском языке — «Батуми. км «. На шоссе много коров. Меняются города, зелень, сады. Трасса начала заметно подниматься, она уже стала. Сначала коровы исчезли вместе с разметкой и знаками, затем покрыли полосу. Встречные, а затем попутные машины исчезли. И мы с женой остались только с Грузией и только со штурманом, как говорил КПСС: — «Товарищи, идущие верным путем!». Оставил белый седан для следующего поворота на следующий поворот. Остановлен. Семья, муж с женой и двое сыновей младших школьников. Наш. Волнуется и тревожится. Они возвращаются, потеряв веру в Яндекс. Кроме того, дорога с их словами закончена. Они решили не рисковать. На дороге есть ручьи и водопады. Как они сказали, фургон срезает на повороте. Тип газели !!! У нас у всех глаза на лоб лезут. Он сравнил свою машину с седаном, присмотрел фургон, который кивнул жене — давай! Иду осторожно, вдруг вижу, что меня догоняет черный кроссовер, чуть больше нивы. Неудача обгоняет и устремляется дальше. Грузинские номера. В машине два бородатых кавказца. Я нажимаю на газ, держу их в поле зрения и делаю то же самое. Его стало заметно трясти. Часто прямо посреди проезжей части стоят прочные камни типа «Прощай, Картер». Я вижу, как проезжающая машина преодолевает ручьи и рытвины. В одном месте заднее колесо отвисло. Я взял его справа, изношенный. Когда смотришь в левое боковое окно, дыхание захватывает: бездна. Справа — вертикальная стена. Никаких заборов. Часто из пропасти можно увидеть верхушки огромных елей, стволы которых спускаются вниз, в черные дыры. Уже вечер. Навигатор показывает: до цели (Батуми) 150 км и 12 часов хода! Я решил, что штурман сошел с ума. Начинаем въезжать в облако, туман, пахнущий погребами, уменьшающийся мелкий дождь, дорогу развезло, скользко и грязно. Можно надеяться, что проезжающая машина будет видна. Настроение обоих упало. Муж не стал выражаться «любезно». Сначала матери идут к туроператору, потом к себе: (какая же я была дура.). Я чувствую, что скоро это будет касаться меня. Я решил предвосхитить события и добровольно сдаться. Я говорю, мол, да, ты глупый, но и я тоже, ведь я тоже главный. На что я получил неожиданный ответ в строгом «учительском» тоне: «Не смейте мне это говорить! Я — женщина! И я боюсь!» — говорится в кивке. На самом деле, каждое ее слово — правда. Но я — полная противоположность! Настроение сразу же улучшилось. А. Папанов запомнился своими «Утками на вылет». «. И пришло осознание, что это чем-то похоже на наш фольклор — «такой блин». Мы поднимаемся выше. Туман начинает понемногу рассеиваться. Впереди — своего рода остановка, платформа. Она на LADA «Seven», местная. Я спрашиваю, когда будет хорошая дорога? Ответ: еще пять километров вверх и тридцать шесть вниз. Как ла-я. (Теперь у нас есть дом, где написано). Я дико хочу в туалет, но там нет бордюров в полном смысле этого слова. И самое главное — страшно потерять из виду машину впереди. Наконец они начали замедляться. Сайт, стоп, люди. Машина впереди остановилась. Бегите к нему. Я приветствую людей на русском языке. Мне жаль,

Что «село им на хвост». Объясняя про туалет, я говорю, что боюсь их потерять. Мальчики понимающе улыбаются. Они говорят, что немного подождут. Я бегу к ближайшему баобабу и сажусь за руль. Я мигаю фарами, и наша колонна снова устремляется вперед! Туман, глубокие сумерки и первая горная деревня. Одна полоса выжжена с помощью странной конструкции: на постаменте счетчика электроэнергии установлена огромная кастрюля с углем. Над ним закреплен разделенный надвое куб ленты с контейнером с крышкой. Около двух дюймов трубы проходит горизонтально от крышки. (Промышленное лунное (?!) устройство?). Огонь облизывает бок котла. Вокруг сковороды медленно движутся темные фигуры, похожие на тени. Все в Багровом мигают от огня. Full Sur. Это ад! Наши попутчики присоединяются к толпе в котле. Маша с благодарностью приняла их руку. И вперед, вниз, сквозь ночь, в надежде достичь цели. Расслабление. Я не устану, у меня будет слишком много слов. Я бы не назвал это отпуском, скорее путешествием, я узнал о себе слишком много нового, получил необычные впечатления и ощущения. Наконец я увидел прекрасную Араджи в месте слияния с Курой. Я также слышал песню в храме у реки. Как они пели! Какая была акустика! Как затронута душа! При воспоминании у меня ком в горле. Было устойчивое ощущение, что эта страна для нас не чужая. Это следует из надгробий с грузинскими и русскими надписями двухсотлетней давности в православных церквях, из искренних улыбок пожилых (поколения 40+) грузин, их практически безошибочного русского языка и их ностальгических заявлений: «… Когда я учился в политехническом институте в Самаре. Или… когда я служил во Владике. Или… Меня отправили на Ваз. «. Все обижаются (и молодые в том числе), что наша страна не дает им визы. Людям действительно интересно, как мы живем сейчас, что у нас есть нового. И во всем чувствуется тихая грусть. В связи с этим мне вспомнилась сцена из «Мимино»: «Это Тель-Авив! И не Телови… Речь — мост в Кутаиси закончен. Послушайте, давайте споем. Почему бы вам не спеть? — Я плачу». Однажды Грузия «перешагнула» вместе с Мимино через себя в «Тель-Авиве». А мы? Мы построили мост и даже это, но, конечно, у нас есть проблемы. В «Небеса» для нас. Итак, что же это такое — Грузия, которую я смог увидеть и почувствовать на двухнедельное мгновение через щель в пикетном заборе Кавказских гор? Основное ощущение: эта страна похожа на женщину с тяжелой судьбой, которая немного о… строгая, следящая за собой, трудолюбивая, образованная, любящая чистоту. Честно говоря, беден, но сегодня пытается жить «в одиночку». Он помнит свое прошлое, помнит свою обиду, но почему-то она перестает быть острой, поскольку у него есть возможность сравнить себя. Внутри ее семьи неспокойно. Неблагодарный Сухуми(и) плюется, а слева причудливый Батуми смотрит на Турцию и откровенно выжимает из грузин «Кто бы ни появился». ВЕЛЛ, Ю. Осетинская боль и … в ста километрах к востоку от Тбилиси — Панкиси. Оттуда местные чеченцы уходят в ИГИЛ. Есть только безнадежность. В Тбилиси на берегу Куры в «годовщину» войны умирает мемориал грузинским солдатам. Они убили 167 (разных) человек. Мемориал погибшим в виде огромной наклонной связки полупрозрачных белых труб выглядит большим расколом. Вы можете догадаться, что и почему. Вероятно, где бы ни было принято решение о начале войны, оно было задумано как раскол. Люди работают. Они регулярно посещают храмы. Они выживают. Я уже целую вечность не видел сидящих мокасинов с вином и подносами, как в Абхазии. Улицы чистые. Мы должны отдать должное Саакашвили. При нем страна стала другой.

Кто-то здесь помнит его по Робеспьеру, кто-то по Малюте Скуратову. Все трудно. Грузия, дай Бог тебе мира и процветания! Дай Бог вам всякой мудрости! P.S. Привезли вино, обратная дорога из Батуми по карте (бумажной, по совету грузинских друзей) оказалась на 140 км длиннее, гораздо прямее, без змей и на 7 часов короче по сравнению с дорогой из Яндекса. Мы прекрасно отдохнули! Чего и вам желаю!

Многие утверждают. Как лучше всего удалить машинное масло, которое попадает на одежду? Напрасно.

Четыреххлористый углерод лучше всего смывается. Его даже используют в химчистках. Затем они прекратились из-за ядовитости.

Однажды страна построила предмет для изготовления самого важного рисунка. Руководитель завода, заместитель министра, глава министерства ЦК, которое руководит отраслью, втроем не выползли с объекта. Министр выделяет несколько дней каждый месяц. Министр был обеспокоен. И эта троица была полностью слегка сбрызнута маслом.

Я имею в виду, как распыляется. Фонтан трубной соли (нефти, подаваемой в демонтированный трубопровод) лился вниз с высоты двадцати футов, отражался от оборудования и «» большими брызгами и маленькими струйками. И все стоящие на поле, а также ведущая Троица, глядя вверх, приняли. Vitae. Убежать было невозможно НекоторыеОна закрыла единственную бронированную машину в здании, она также убрала с боков жуков.

Лысины сверкали. Они даже сверкали. Ее волосы были пушистыми и липкими, завитыми по всему телу. «Борода Маллиана», — сказал он однажды в петушиной сказке, вполне подходящей для главы министерства ЦК. Он, сидя на объекте, отрастил довольно приличную бороду.

В рулоне было все — все здание, все люди. И три больших, три больших лидера. Столько в масле — хоть штаны выжимай.

Нам, простым инженерам, выдали штаны. И они были в костюмах. А если учесть, что руководитель завода и заместитель министра в СССР привез с собой в командировку множество костюмов. Вы ошибаетесь. Есть много рубашек. 3. Идите второй. Сиськи — две. Тренировка в футболках, чтобы пойти в отель. Домашние тапочки. Шлепанцы, однако, бывшие спортсмены предпочитали обувь без шипов. В них можно было ходить в туалет в поезде, не боясь замочить ноги.

И это был единственный костюм с галстуком, рубашкой, трусами и футболкой в деловой поездке. Она пропитана маслом.

— Где этот ублюдок? — спросил Тринити у ведущего, одновременно заканчивая длинные и разнообразные непристойные тирады и обращаясь к парню, нажимающему на дальнюю кнопку.

— Да, да. И представить здесь Лепкина-Типкина-главу министерства ЦК бессмертной комедии Гоголя «Экзаменатор». Начальник отдела был, как правило, хорошим и даже образованным человеком. Хоть и смазанный.

Ляпкин-Тяпкин был Саша. Именно он случайно выковырял отверткой не то пневматическое золото из системы пневматической автоматики. Он не испортился, нет. Парень, который писал номера на катушках, все испортил. Хотя легче было не всем.

Не дожидаясь, пока Сашку обслужат. Бони. То есть он пришел из помещения, стилобата, где стоят катушки в здании оборудования. И поклонился. Сверху неизвестные науке ученые и инженеры непристойно аплодировали ему.

Вожди смотрели на него свысока. Я должен был сказать с упреком. И они шевелили губами. Произносит простые, некрасивые русские слова.

«Вольно, товарищи, — сказал Саша, протягивая руку на манер оратора Ильича, и протянул правую руку — в левой у него было ведро, — помните, у нас есть тетрахлор, его используют в химчистках.

Сашка подобрался к трубопроводу тетрахлорметана, зачем-то постучал по нему пальцем, даже приложил к нему ухо. И удовлетворившись услышанным, он жестом волшебника наполнил ведро тетрахлоридом, открыв клапан.

Продолжая представление, Сашка сорвал пропитанный маслом комбинезон с ближайшего инженера и бросил его в ведро. Затем его осенило. Он снова уронил его и снова вытащил. Дренаж. Вытряхнул.

И передал куртку владельцу. Я немного поморщилась. Но без единого следа нефти.

— Итак, — обратился Саша сразу к трем руководителям, — мы почистим вашу одежду без проблем и совершенно бесплатно. Начнем с брюк, товарищи. По порядку.

Первым снял штаны начальник штаба. И передал его Саше. Саша взял его.

— Подождите, — остановил его заместитель министра, — партия всегда впереди. Если хотите, сначала почистите брюки Ивана Ивановича.

С этими словами замминистра забрал у Саши брюки начальника главного управления и протянул партийные брюки начальнику отдела ЦК партии. Саша взял их и тут же окунул в ведро с тетрахлоридом, не дожидаясь новых решений от руководства.

— Иваныч, — задумчиво спросил начальник штаба, — а у тебя на штанах молния железная или пластмассовая?

— Пластик, — ответил начальник отдела, — это югославский костюм. Привозится по специальному заказу.

— Югослав? — улыбнулся заместитель министра, — особый порядок? ‘С пластиковой молнией’, — добавил он с откровенным ворчанием.

Его поддержал начальник штаба и все остальные, кто подслушал разговор.

А Сашка, который надеялся постирать свою официальную одежду и не получить наручники (чисто словесно, конечно), вытащил из ведра партийные штаны. Естественно, без флэшбэков. Неужели две липкие полоски полуоткрытого пластика можно назвать молнией? В таком виде ты даже в туалет не попадешь. Однако две пуговицы от ширинки и две от задних карманов полностью исчезли.

Через некоторое время, на глазах у всех, штаны сами стали вытекать из рук Саши. по частям. Они незаметно расправились и упали на пол.

— ‘Пиджак, не забудь почистить пиджак’, — начал смеяться заместитель министра.

Начальнику отдела КС принесли новый и чистый комбинезон. Из уважения и на всякий случай, размер шестьдесят четвертый. Они даже помогли ему перешить рукава и брюки. Почему он стал таким нелепым? Больше всех смеялись заместитель министра и начальник штаба. Хотя, отдавая должное, сам пострадавший смеялся. Несмотря на то, что советские костюмы других стирались легко и без потери пуговиц. Почему-то он не взял советский тетрахлорид пластмассы, а молнии там были металлические.

Одевайте всех остальных. На следующий день. Совершенно напрасно, потому что они прекрасно знали, как использовать этот растворитель. Не в первый раз.

Директор завода организовал для начальника отдела отличный коричневый костюм, но в цвет, а не серый с югославским блеском. Но к концу поездки этого было вполне достаточно.

Петька и Василий Иванович как-то напились в землянке, и Чапай спустился вниз. Петька, который все еще был на ногах, решил поиздеваться над ним и прилепил ему второе «достоинство» из пластилина. Утром Петька, проснувшись, видит рыдающего Василия Ивановича и спрашивает в растерянности — что, мол, с тобой? — Да, знаешь, Петька, утром просыпаюсь и смотрю — у меня два х%я, один я оторвал, а другой отвалился!

xxx: что там с «дымовой завесой» в туалете? yyy: помните наш освежитель воздуха, который реагирует на концентрацию различных газов в воздухе? xxx: да, уже месяц прошел с тех пор, как его поставили yyy: видимо, он взорвался, когда пытался освежить воздух после Иваныча

Одевайте всех остальных. На следующий день. Совершенно напрасно, потому что они прекрасно знали, как использовать этот растворитель. Не в первый раз.

Через несколько лет после развода я как бы незаметно влюбилась. С детства мой избранник сидел по струнке, читал стихи на французском без акцента и мог решить проблему, которая без этого звонка требовала 2-3 месяца бюрократии. Из минусов — девушка была пьяна. Нет, я видел. Ежедневно и в лошадиных дозах. Мои предшественники пытались что-то с этим сделать — но, к сожалению, эффект был лишь временным. Богемия Они и в Африке Богемия. Одним из бонусов этих отношений было регулярное приглашение на различные закрытые мероприятия и встречи. На этот раз это был один из бывших писателей, с соответствующей аурой 60-х и 70-х годов, которую бережно сохранили в доме и на участке в любом случае несчастные новые владельцы. Компания подобралась богемная, почти все люди известные далеко и надолго. После аперитива и закусок мы с подругой заметили, что хозяйка дома куда-то исчезла. Наши поиски привели нас на кухню, где стала ясна причина пропажи — они забрали дочь у повара, а она отпустила его, поэтому стоит одна у плиты, пытаясь спасти стол. В этот момент моя жена надела фартук и начала помогать, несмотря на возражения. Я пошел к гостям. Через несколько минут отсутствие хозяйки и моего друга было замечено, но чтобы не заострять внимание на проблеме, я спокойно объяснил причину соседу по столичному ресторану. Он, услышав причину, мгновенно отправился на кухню, откуда попеременно, с разницей в 5 минут, выходил сначала мой друг, а потом смущенная хозяйка дома.

Примерно через 20 минут прибыл самый знаменитый гость — ведущий бизнесмен отрасли и известный филантроп, которого сразу же усадили за стол. И сразу после этого дверь кухни открылась, и кейтеринг, приготовленный на кухне, начал очень быстро и профессионально выносить блюдо. Бизнесмен удивленно смотрел на этот процесс, а затем хозяйка дома, повернувшись к нему лицом, тихо сказала: «Вы знаете, я, конечно, видела VIP-кейтеринг от Ивановича (имя ресторатора) — но, конечно, я не ожидала такого уровня. Позвольте мне даже налить вина, а то как-то неловко получается. » Вино было разлито очень профессионально, с подробными комментариями и весь вечер.

P.S.. Для тех, кто не понял сути — дело не в выпендреже и не в Bohemia. Речь идет о способности уважать и помогать без всякого высокомерия. Именно это отличает девушку из потомственной номенклатурной семьи от дочери вороватого бюрократа, чей дед сдал овец в колхоз.

Разговаривают два врача: — Я слышал, Ивановича уволили! Что он сделал? Пациент@хал. К сожалению, там был хороший ветеринар.

На нулевом этапе, когда в стране было много денег и большинство бизнесов росли как на дрожжах, мы с партнерами начали много проектов. Не буду врать — большинство из них не выстрелили, но многие, по крайней мере, окупились, и эта пара продолжает кормить меня по сей день. Обычно старт бизнеса после написания бизнес-плана и отбора команд происходил путем представления проекта «великому дяде непубличному», для этого в первую очередь были важны семейные связи претендента (читайте, Гарант из кино для этого раунда) и личность тех, кого спрашивают (есть много успешных проектов, молодые, образованные, семейные, без вредных привычек и что главное — охранник дает слово, что эти стороны еще никого не кинули). Для привлечения условных $300 000 требовалось не более пары встреч в течение полутора часов с минимальным набором документов. Была одна особенность — вместе с деньгами всегда давали груз. Я не помню ни одного успешного аттракциона без него. Варианты нагрузки были самые разные, но чаще всего это были какие-то услуги, которые зачастую были нахрен не нужны бизнесу, но, например, предоставлялись другим стартапом, запущенным с помощью этого владельца. Или люди. Чаще всего они ходили в нагрузку. Варианты также были очень разными. Например, один очень высокий дядя поставил условием принятия в команду своего сына от первого брака. Более того, должность не была определена — только 100% были задействованы в работе с полным контролем своей деятельности «Шауб не страдает от чата чата». Мальчик был прикреплен к складу + таскал его там, где он неплохо прижился — работа дерьмовая в силу специфики бизнеса. Его отношение было крайне уважительным, постепенно он научил всему, что они знали. Но у парня была одна проблема. Сосед по дому регулярно совращал его с истинного пути, в форме «Гуляй пока молодой» — алкоголь, женщины, травка и катание на лодках. В результате большая посылка могла легко порваться из-за того, что он не мог ее найти, но отказать компаньону было невозможно. В целом, классика, если бы не одно но. Придя на работу после такой очереди, человек искренне страдал. Говорил, что он тряпка и оборванец, что никогда бы не поддался на провокацию со стороны соседа и ТП. (Папа рассказывал, что у парня не было алкоголизма, его обследовали, но подшить не смогли из-за особенностей здоровья — в случае перебора он мог не выжить). Затем, через 1-3 недели, парень работал за двоих и был готов на все, чтобы загладить свою вину. Все закончилось печально — во время эпидемии гриппа у нас была сильная партия. Три сотрудника заболели, заменить некем, плюс знание товара, без которого просто не обойтись. Партнер, предвидя избыток возможностей (с прошлого раза прошло 3 недели), попросил грешника провести ночь на работе. Шикарный диван, центр города, даже бросил его. На следующий день парня обнаружили на том самом диване, в совершенно безымянных объятиях с той самой бухой шлюхой, часть офиса была избита и прижжена, а запас в итоге был собран владельцем компании с A Margin от очень важной сделки. Охранник на входе с камерами банально спал (ночью). Результатом стало увольнение с согласия Папы Римского. Кстати, проект не выстрелил, так что мужчина вдвойне жалеет об этом.

Второй случай был более забавным, и я вспоминаю его со смешанными чувствами. Один очень «благородный» нефтяник дал нам в нагрузку к проекту мужчину старше 50 лет. Хороший парень, но немного странный. Это была глубокая, можно сказать, «гамлетовская» грусть. Остальное — хороший средний уровень. Этот парень работал своего рода операционным директором, то есть курировал все, что связано с bring-give-organize, ну, а там, где это было необходимо — поддерживал связь. Важное замечание — мы не бурили людей, которые приходили «под нагрузкой», потому что это не имело смысла. То же самое с деревенским жителем, он мало что рассказал о себе, но было ясно, что этот парень занимает руководящую должность. Почему я вспомнил его? Дело в том, что в течение нескольких месяцев мне пришлось самому отвечать за этот проект. Выставки, производство, поставки и все возможное. В результате: «Иваныч, давай! Иваныч, организуй! Иваныч, какого черта!», несмотря на то, что у нас была большая разница в возрасте, и, честно говоря, я чувствовал себя неловко. Через несколько месяцев, когда острая фаза прошла, была корпоративная вечеринка, и мы с Иванычем разговорились. Я рассказал ему о своей родословной, с наградами и другими заслугами перед народом и партией. И он сказал, что до недавнего времени был капитаном первого ранга. В гости приехал его брат — не близнец, но очень похожий. Тоже моряк, но другого флота. Мы редко встречались — сидели тихо, а утром раздавался сигнал тревоги — приезжала какая-то очень важная внезапная проверка с большими ударами. Привести «Иваныча» в стоячее положение не удалось, и брат решил его заменить — надел китель, предупредил нескольких друзей-офицеров, чтобы подыграли. Наконец — инспекторы попросили корабль выйти в море — они ушли. и все. У него больше нет брата. «Иваныч» уволился и попросил друга семьи помочь с работой, «где не будут лезть в душу». На этот раз мне пришлось уйти — при мысли о том, что вот так вот, только что из университета, стройняшка, командует целым капитаном первого ранга — не укладывалось в голове. К счастью, большая часть работы была сделана, и заменить меня было некем. Сейчас парень работает в управлении какой-то федеральной сети — пришел в себя и снова стал смелым лидером.

На днях я разговаривал с реставратором музейного уровня, он уже давно на пенсии, но я вспомнил интересную историю:

В начале 1970-х годов, будучи очень талантливым выпускником творческого вуза, он был распределен в музейные реставрационные мастерские Эрмитажа. Он очень любил свою работу и представлял себя с полным вложением всех имеющихся талантов, поэтому вскоре его приняли на реставрацию многих самых разнообразных объектов и памятников. Но, как известно, честному реставратору (то есть не занимающемуся чем-то противозаконным по тогдашним советским законам) в те годы платили мало, а молодому человеку очень хотелось совместить приятное с полезным, пока нет-нет да и залезет в «могучку». Кто ищет, тот всегда найдет, поэтому мой рассказчик был приглашен через своих коллег помочь отреставрировать гипсовый потолок в одном из муниципальных учреждений Санкт-Петербурга. Человек, живший там, был явно непростой птицей — в комнате мало что было, и квартирант приходил только спать — тратился явно в другом месте. Осмотрев очень качественный результат работы, он предложил молодому реставратору познакомить его с «интересным человеком». Иванович, как называл реставратора новый знакомый, долго расспрашивал молодого человека о жизни, а потом со своего места в карьере предложил ему переехать в столицу, на аналогичную работу в одном из местных музеев второго эшелона. Плюс помощь в номере. А, главное, перспективный валман на постоянной основе, который мог бы позволить себе и себе, и семье. Поскольку в Петербурге мужчина жил с родителями и несколькими братьями в одной, пусть и большой, но общей комнате, а детство провел в Сибири, откуда его перевез в Петербург отец — решение он принял быстро и вскоре собрал вещи в столицу. Новый знакомый действительно помог уладить все формальности с передачей должности младшему музейному реставратору на депозитный капитал и даже в два раза быстрее, объяснив, что работа будет свободной. Квартира оказалась комнатой в большой муниципальной квартире. Как сказал Иванович, здесь нужно только спать и хранить чемодан, да и то не каждый день. А дальше — началось самое интересное. Юного реставратора, вместе с такими же талантливыми детьми, и в компании официальных рабочих, занимающихся ремонтом граждан в квартирах, вывели на первый «объект» — кусок копейки в кооперативном доме 20-х годов, который успел побывать коммунальной квартирой, но успешно и по очень сложной схеме. Квартиру удалось «после битвы с печенегами», то есть убить на 100%, но после 3 месяцев слаженной работы и использования из-под земли стройматериалов, которые образовались на тогдашнем рынке, дом Их приобрел вид, который делал советского обывателя примерно таким же, как деревенского парня, мог бы производить особняки крупного криминального авторитета 90-х годов: https://www.ugra.kp.ru/daily/26493/3362986/ Они часто брали с собой Столкнувшихся с ними и, по возможности, спали прямо там. Главным преимуществом этой работы, помимо денег, которые платили примерно на уровне заведующего лабораторией в крупном столичном НИИ, была достаточно большая творческая свобода, конечно. ограниченная какими-то каноническими рамками. В среднем за год такая сплоченная объединенная бригада делала ремонт в 3-4 квартирах. Особый интерес представлял график работы Ивановича — дело в том, что он не принимал заказы на квартиры. У него были очень тесные связи с нелегальными брокерами, которые занимали знаменитую туалетную полосу в столице. И в результате своей работы Иванович регулярно проводил одну и ту же операцию — менял, пока жил в деревне, свою (или друзей) «Копейку» с шикарным ремонтом,

И често с отличния вкус, избран или направен по поръчка (Учителят на дървото беше в бригада с рядък талант), за същото парче на Копек, но в същото време убито до нула. И тогава всичко отиде в кръг. Клиентите бяха хора, които имаха висок нелегален доход и не искаха да светят, докато шансовете да се преместят в къщата на номенклатурата или да пробият къщичката си (не градински парцел) бяха нула. Бонус Иванович често се съгласяваше с Zhek, който донесе апартамента и стълбището на апартамента в състоянието. Те се разделиха с Иванович в края на 90-те, когато той реши да отплава на заслужена почивка в топли страни. Да, и конкуренцията за началото на нулата нарасна страхотно. и често също с отличния вкус, избран или направен за поръчка (Учителят на дървото беше в бригада с рядък талант), на едно и също парче на Kopeck, но в същото време убит до нула. И тогава всичко отиде в кръг. Клиентите бяха хора, които имаха висок нелегален доход и не искаха да светят, докато шансовете да се преместят в къщата на номенклатурата или да пробият къщичката си (не градински парцел) бяха нула. Бонус Иванович често се съгласяваше с Zhek, който донесе апартамента и стълбището на апартамента в състоянието. Те се разделиха с Иванович в края на 90-те, когато той реши да отплава на заслужена почивка в топли страни. Да, и конкуренцията за началото на нулата стана страхотно. А часто еще и с прекрасным вкусом, подобранные или сделанные на заказ (мастер по дереву был в бригаде с редким талантом), за тот же кусок копейки, но убитый в ноль. А дальше все пошло по кругу. Клиентами были люди, которые имели высокий нелегальный доход и не хотели светиться, а шансы переехать в дом номенклатуры или вломиться в их дом (не садовый участок) были равны нулю. Бонус Иванович часто соглашался с Жеком, который довел квартиру и лестничную площадку до состояния квартиры. Они расстались с Ивановичем в конце 1990-х годов, когда он решил уйти на заслуженный отдых в более теплые края. И конкуренция на нулевой отметке стала большой.

Эту историю мне рассказал один известный столичный реставратор музейного уровня. В советское время он входил в состав «элитных рабочих», выполнявших первоклассный ремонт в квартирах исторической части столицы. Одним из членов бригады был странный человек, работавший по дереву, Никита Иванович, имевший прозвище Данила-мастер. Дело в том, что Никита не просто любил свою работу — он жил ею. Его страстью была реставрация крупной резьбы, инкрустации и антикварной мебели. В составе бригады он выполнял исключительные столярные работы — например, мог сделать гардеробную или встроенный шкаф с резьбой в экзотическом стиле — то есть предметы интерьера, которые в СССР даже в комиссионном магазине нельзя было купить ни за какие деньги (ну где в те годы в квартире с потолком 3,5 метра можно было найти книжный шкаф до потолка, точно такого же размера, да еще украшенный затейливым орнаментом)? А у Данилы-мастера была одна особенность — он НИКОГДА не работал по выходным. Даже за большие деньги. Его уровень таланта вызывал большое уважение у Иванича (заказчика ремонта), поэтому, в отличие от других членов бригады, он всегда был освобожден от работы. При этом Данила-мастер не имел ни дачи, ни садового участка, а жил с женой и двумя дочерьми в обычной хрущевской копейке. Но — творческий человек имеет право на странности. Однажды Иваныч, придя на работу, застал нашего хозяина Данилу в состоянии тяжелой депрессии. Данила практически не пил, поэтому все горе сидело внутри, не имея выхода наружу. Подробный допрос без свидетелей показал мрачную картину произошедшего — здоровье старшей дочери стало резко ухудшаться. Врачи, к которым Данила обращался бесчисленное количество раз, не могли поставить точный диагноз — а лечение, согласно тому, что они ставили, не помогало. На днях дочь попала в больницу, и заведующий отделением не стал скрывать от Данилы, что шансов на ее выздоровление мало. Иванич, который занимался обменом квартир с ремонтом на аналогичные квартиры в убитом состоянии (его ноу-хау с начала 1970-х годов), получил от Данилы подробный список специалистов, к которым следовало обратиться, а также контакты больничного отделения, где находилась его дочь. Будучи душой своей команды, где срочно требовался каждый человек, он поднял все свои формальные и неформальные связи, в итоге найдя талантливого диагноста с экстрасенсорными способностями. Специалист, осмотрев ребенка, поставил неутешительный диагноз — какое-то редкое заболевание, которое в СССР еще не лечили. Существовала некоторая вероятность того, что необходимые препараты имелись на Западе — но эта отрасль была крайне узкой, и в СССР о них не было ни малейшей информации. Сейчас можно отправить человека за границу или получить любое лекарство по щелчку пальцев — в середине 1970-х годов это было невозможно. Данила горько плакал и был готов работать бесплатно — лишь бы спасти свою дочь. Иваныч, бросив все свои дела, два дня бродил по своим струнам и наконец наткнулся на товарища, которого за спиной называл «свободным советским гражданином». Что сделал этот человек, никто не знал. Но он вел образ жизни, очень похожий на сегодняшних представителей «золотой молодежи» (если убрать парад, конечно) — а именно, постоянно, буквально каждую неделю, он летал в разные капиталистические страны на 2-3 дня. Иваныч, которого ему порекомендовали старые знакомые, изложил ему суть проблемы. Свободный человек» был явно удивлен просьбой — она не могла сравниться с желанием большинства его знакомых,

Чьи интересы лежали на предметах роскоши и прочей посторонней ерунде. Мужчина сказал, что на следующей неделе он посетит США и Англию и надеется узнать там что-нибудь об интересующем его вопросе. Прошла неделя, и Иванович снова встретился с ним. Свободный человек» был задумчив — но он прямо сказал, что решение найдено, но есть проблема. Лекарство находится в США, оно экспериментальное и его нелегко получить. Зато он получил огромное количество информации о болезни — заодно и товарищей из Минздрава СССР порадует. И проблема в том, что «я, допустим, человек свободный в плане переезда за границу, но как вы сами догадались — связанный, особенно в вопросах финансов». Отчетность чрезвычайно сложна, а суточные невелики. В вашем случае я был готов потратить собственные деньги — но лекарство стоило $3000. У меня просто нет таких денег. Мне очень горько говорить вам об этом. » Иванович был ошеломлен услышанным. Конечно, получить 3 000 долларов через свои связи было вполне реально, но с учетом курса обмена (если говорить о быстрой и безопасной сделке), сумма достигала 15 000 рублей — потратить эти деньги он просто не мог, а напрямую — он просто Если этой суммы не было (при всех его нелегальных доходах, Иванович жил не так уж богато — для приобретения дачи, на которой он в настоящее время жил и получал, не имея по существу никаких прав, он должен был взять деньги из капитала теневого капитала рутера — и уплата этого обязательства съедала значительную часть его дохода. Другие участники бригады готовы были пожертвовать всеми сбережениями, чтобы помочь попавшему в беду коллеге, да и у самого Ивановича была небольшая заначка (много денег ушло на врачей) — но все собранные деньги были от 6 тысяч, и Ивановичу было не занимать его принципов с визуализатором. Тем временем врач, изучив материалы, принесенные переводчиком с помощью Переводчика, сказал, что болезнь, похоже, находится в терминальной стадии, и если не применить лечение, то шансов спасти мою дочь не будет. Узнав, сколько денег можно собрать, Данила крепко задумался и вдруг потащил Ивановича куда-то. Выйдя на улицу, он указал на свою машину и сказал: «Мы поехали ко мне». Освободившись в квартире Данилы, они забрались на его злополучную хрущевскую «Копейку». Открыв дверь спальни, Иванович застыл в глубоком удивлении и шоке — перед ним стоял шкаф. Нет, это был не просто шкаф. Это действительно был «каменный цветок на дереве». Лучшие европейские носители отдавали годы на создание таких произведений искусства, да что там говорить — сам Эрмитаж имел в своей коллекции, пожалуй, несколько работ такого уровня. Шкаф был покрыт тончайшей резьбой с множеством фигур и сцен, которые никогда не повторялись. Не скрывая своего удивления, Иванович посмотрел на Данилу и спросил, — Где ты его взял? — Я вырезала этот шкаф в течение 8 лет своей жизни. Каждые выходные и вечера, а также по праздникам. Так было всю мою жизнь. Но жизнь моей дочери для меня дороже. Иванович сел на край кровати и вытер рукой кажущуюся слезу. В жизни он видел много талантливых мастеров, но никто из них не мог даже приблизиться к уровню струн, которыми владел Данила-мастер. Это был настоящий дар свыше. Однако реальность требовала решительных действий. В результате шкаф был реализован за колоссальную по тем временам сумму, которой хватило не только на лекарства, но и на полную реабилитацию дочери Данилы, переход в кооператив «Фокус», а также на многие другие необходимые в повседневной жизни и быту вещи.

Бизнесмен Тени даже не стал торговаться — хотя в салонах антикварной мебели просто не было мебели по такой цене.

P.S.. В этой истории все закончилось хорошо, кроме шкафа — новый владелец поставил его на ту сторону, которая сжигала ракеты, поднявшие голову в рамках акции устрашения в совместном движении начала 80-х годов. Работа великого мастера своего времени канула в Лету.

Из рассказов подруги-актрисы:

В конце 90-х я только что окончила ГИТИС и была известна как «приличная девушка» в том смысле, что не прыгала на кровати режиссеров в обмен на роли. А поскольку был целый поезд подражателей и лучших талантов, это не было чем-то жирным — часто перебивались третьесортными ролями, иногда даже снимались статисты — просто чтобы быть в кадре. Через полгода меня пригласили сниматься в известном фильме — теперь уже в довольно приличной роли второго плана. Сроки были сжатые, инвесторы очень настаивали на быстрой сдаче картины в аренду — в результате мы действительно работали сутками, благо «натуры» было мало, а павильон был круглосуточным. Моя героиня постоянно появляется только в многочисленных «вставках», на которые уходило время и которые рассыпали игру главных актеров — денег нет, режиссер не самый известный и звезды готовы играть только за рыночный гонорар, поэтому они минимальны, а их свободное время занято «вставками». Ну, через месяц они его благополучно сняли (месяц, который я прожил на сайте несколько дней) — только денег не заплатили, так как инвесторы должны были скоро расплатиться и все такое. Проходит время, не платят — но продюсер помог получить работу в другой картине — тоже на «большую роль второго плана» — и то же самое. Только теперь съемки продолжаются 2 месяца с тем же сумасшедшим графиком. Кормили прилично, но платили копейки, и когда они заканчивались — та же карусель — были бы деньги, а сейчас их нет. Инвесторы — из ребят, жаловаться некому, договор с кучей оговорок — в суд идти не надо. Более того, все главные получили зарплату, и только мы, «черновики», ее не получили. Премьера, банкет, заверения пьяного продюсера, что «скоро тебе заплатят», но в душе я понимаю, что, как и в первой картине, если ты смог пройти кастинг один раз, то сможешь и второй. Опечаленный, я пошел домой. После этого она сняла жилье в пригороде, а фотографии часто оставляла в студии или у друзей в соседних домах — как будто у них было время только на сон. А клуб рядом с домом был претенциозным. Я никогда туда не ходил — говорили, что там тусуются всякие опасные люди. Но сегодня что-то так темно и грустно, подумаешь, зайду, попью минеральной воды, хотя бы музыку послушаю. На входе охранники не пускали меня, но в этот момент кто-то вышел, посмотрел на меня и приказал пропустить. Внутри было немного людей, игравших джаз. Я сел за стойку, взял минеральной воды, послушал музыку. Через 10 минут ко мне подходит мужчина лет 50, нарядный до невозможности и чрезвычайно интеллигентный, приглашает меня за столик. Я отказываюсь, он настаивает и говорит, чтобы я просто посидела с ним, дает слово, что с его стороны не будет никаких излишеств. Я соглашаюсь, мы сидим, пьем мартини, он иногда делает мне комплименты, мы слушаем музыку. И вдруг, в тот момент, когда он склоняется для очередного комплимента, громкая вспышка. Кто-то фотографирует наш столик. Мужчина резко вскакивает, мужчины за соседним столом прыгают, но человек-фотограф выделывает чудеса гимнастических номеров и скрывается на кухне. Я хватаю свою сумку и направляюсь к выходу — мужчина убегает с охраной, чтобы поймать фотографа. Я добираюсь до дома без происшествий, к тому же завтра выходной. Прямо в 9:30 звонит телефон. Продюсер на линии. Он выливает на меня ведро комплиментов, ругается разными словами и просит простить его забывчивость. Он просит сообщить адрес, по которому можно отнести комиссию и компенсацию за просрочку платежа. Я немного потрясен, звоню по адресу, он говорит «ждите» и кладет трубку. Я не успел его поставить — звонит продюсер второго фильма — та же история, та же песня. Закрываю через 15 минут, первый звонит в дверь, с большим букетом. разламывает конверт,

Он стоит на коленях, умоляя о прощении — Станиславский просто рыдал бы от такой игры. Я стараюсь попасть в прощение, обещаю действовать и получаю сразу несколько очень хороших предложений. В разговоре: «Ну, ты должен понять, я должен понять, я связанный парень, ладно, они не дали мне денег, а тут вдруг к тебе. В этот момент в дверь позвонили — пришел второй, я со знанием дела посмотрела на первого и повторила сцену с падением на колени и букетом. Только на одной были красные розы, на другой — белые. Но я вообще люблю лилии, вы знаете 🙂 Опять же, совместные премии за лучшие роли второго плана и все такое, и, конечно же, оплачиваются без задержек. Постепенно я получаю и то, и другое, прихожу в себя и решаюсь пойти в студию. Приезжаю, ловлю море удивленных взглядов и усов, вопросы «Там все серьезно» и так далее, пока, наконец, на мой прямой вопрос подруге, она дает мне известное деловое издание, на втором развороте которого опубликована огромная фотография в Одновременно с парнем из клуба и подписано: уникальный кадр — репортеру впервые удалось снять легендарного Ивановича (псевдоним изменен) на отдыхе в компании Обаятельной спутницы. Как выяснилось из материала, это до невозможности авторитетное лицо было некой столичной легендой, и никто не видел его фотографий вблизи и без очков, так как охрана тщательно следила за всеми фотографами по периметру.

P.S.. Больше мы с ним не встречались, но теперь я получаю зарплату не меньше, чем признанные мастера кино.

Я прочитал недавнюю историю (https://www.anekdot.ru/id/1220823) и решил поделиться своей.

В свое время я работал в довольно крупной холдинговой компании. Наши компании были очень разными, VTH — пара «Рембзонов» по тракторам (один из них был официальным дилером самой известной европейской марки). Понятное дело, бригадиры работали там самые разные. Задохлики, электрики, аэронавты и, конечно же, автомобилисты. Хороший мастер, он всегда на вес золота, а особенно для автомобилиста.

У нас также был один, Медвеженко (все имена/фамилии изменены), чрезвычайно компетентный человек. Например, из «Тузов». В те годы, за пятьдесят баксов, но есть и порох. Он не порвал костюм флага Непала, он также не дал пятилетний план в Банге на четверых и вообще работал быстро, без лишней суеты, спокойно. С третьей стороны, можно даже сказать, что медленно.

На нашей задней площадке, как, наверное, и везде, лежал лист бумаги. То есть 34% работы в закрытых заказах и заявках пошли в оплату слесарям. На моей памяти, возможно, я не помню, чтобы у Ивановича (он же Медведевенко) была самая большая выработка и, соответственно, зарплата в определенном месяце. Да, он всегда шел в пятерке лидеров, но он не был почетным номером. Но если смотреть в среднем по году, то он оставил всех стахановцев и заголовки далеко-далеко.

Но главным плюсом Ивановича было то, что он был прекрасным партнером и наставником для молодых замков. Он объяснял, учил, делился, помогал. Одним словом, он дал образование. Он был очень терпеливым и понимающим. Я смотрел на него не свысока, а как на старшего товарища. Очень редкое качество в наши дни. Два года Иванович работал в связке с сыном, от него остался и очень хороший мастер. Он не достиг уровня Батина, но все же стал очень приличным специалистом.

Потом осудили и сказали: «Иванович, время и честь знать исчезли вместе с другими». Он не стал противоречить себе и начал выбирать в партнеры перспективных парней. Не зеленые новички, а те, кто уже что-то знал, но был далек от статуса настоящих мастеров. Кто на полгода, кто на год их ставит.

И вот у нас был очень славный человек наш раввин, Андрих Богданов. Ему было несколько лет, около 23 или 24, я сейчас не помню. Вот кого Господь поцеловал в макушку. Одаренный человек, я очень чувствовал. Откуда-то вынырнул его Сан Саныч, наш Главнюк, командовавший перегонщиками (у него был нюх на поиск хороших кадров). Андриха был маленьким, трудолюбивым, но с хорошим характером. Душа компании, можно сказать.

Иванович сразу заметил талант. Тетш с ним, почти как с сыном. И я скажу вам, что получилось очень грамотно. Но самое интересное, понятное дело, зарплата. Медведево с ZP всегда было стабильным, но для Андрея работа с опытным мастером обернулась довольно значительным ростом благосостояния. Этот юноша немного шебутной, поэтому Медведевеза ему все советовала: — Ты, ты поднимайся, не поднимайся. Катись, катись, все будет правильно.

Но, к сожалению, с Андреем долгое время не получалось. Пока он был в паре с Иванович, все шло идеально. В течение 7-8 месяцев они с Ивановичем работали, топтались, настраивали и чувствовали, что это может быть больше. Я попросил работать один. Необычная просьба, надо сказать, обычно это в паре, но уважение (я и сам не знаю, почему голова Рембзона разрешена). Медведенко был расстроен, чувствовал, что парень рано ушел, не все знал, но в целом расстались хорошо. Ладно, не обижайся. Иванович только сказал: — Андрюх, ты смотри, всех денег не заработаешь. Не теряйте голову. И тогда сразу много денег — большие проблемы.

Сразу отметим, что Андрюха работал на горе, уже стоял Гай. Ни вы, ни выпечка, перекуры, посидите подольше за ужином. Во второй месяц самостоятельной работы он закрыл несколько крупных заказов и поручений. Начальник ремзоны подсчитал, поэтому ему пришлось заплатить 230-240. Это неплохо, но имейте в виду, тогда на дворе, на секундочку, было начало 2008 года, так что это огромные деньги. Меня привезли под роспись, я уже задыхалась.

Семке скажи: — что мы будем делать? Мужчина победил. За чеснок нужно платить. Он ответил. — Я должен, но я боюсь. Опыт подсказывает, что при такой прибыли человек снесет голову. С деньгами все понятно, лечить не будем, но давайте, не все сразу. Мы платим половину, остальное — позже, когда его производительность упадет. Я боюсь. — Рискованное решение. Я чувствую, что дерьмо сейчас закипит. — Я говорю. — Это входит в сферу моей ответственности.

Ну, заплатили Андрею половину, обещали на секунду позже. Кроме того, кстати, они вышли большими. Но, как я и думал, Бутча вмешался. Мы продолжили разговор, они говорят: — Тигры не докладывают мясо. Буржуа похож на пролетария.

Андрей не пал духом, в следующем месяце он отработал примерно такую же сумму и попросил все сразу, плюс долг. Уже стыдно отказываться, тем более на «Рембзоне» команда сплоченная, все сразу все знают. Семака встал в позу: «Мы разденем парня и проиграем», но я с трудом его сломал. Оплачивается.

Ребенок Моцик начал сам, появилась девочка, одежда. А друзья товарища — они образуются из ничего. Они стали замечать, что Андриха пьет. Нет, на работе нет-нет. И с качеством тоже проблем нет. Но работы — раз-два и обчелся. — Сходите в туалет, в свой законный выходной, все правильно.

Что ж, дело молодое, «будет отлито, все будет по плану», на наш взгляд. Все в порядке, если это не для шоу-фильма. Корона появилась, но некому ее сбить. Иванович вроде бы пытался говорить, но заученного разговора не было. Нет, не подумайте плохого, Андриха не грубит ему, ничего такого, просто вроде как не росли вместе.

Источник: https://www.anekdotas.ru/anekdot-pro-ivanycha-2

Top

Сайты партнеры: Сонник, толкователь снов | Блок о щенках и собаках | Погода в Санкт-Петербурге России Мире | Копирайтинг студия TEKT | Газобетон стеновой с захватом для рук