Анекдоты про борец

Почему сумоисты бреют ноги? — Чтобы никто не путал их с феминистками.

Единственные люди, которые действительно сходят с ума от жира, — это сумоисты.

Депутат Милонов — борец с обычными порнографическими явлениями в России.

В России набирает популярность новая профессия — борец с коррупцией.

— В чем разница между сумоистами и обычными японцами? — Они едят ложками!

Сосед спрашивает борца, восхищенно глядя на него: — Сколько, интересно, ты весишь? — Сто десять без малого. — Ну, сколько в малом?

Другие борцы с коррупцией выходят на улицы и борются так упорно, что в итоге берут еще больше.

Бой между двумя бойцами завершен. Тренер спрашивает своего подопечного: — Что ты кричишь? — Да, понял, мы деремся, он бьет меня, я бью его, он бросает, я бросаю, мы деремся на земле, и вдруг я вижу окурок. — Ну, ты бы укусил! — Меня укусили! Он оказался моим.

У каждого рестлера будет девушка, но не у каждой девушки будет рестлер!

Почему профессиональный рестлер не может изнасиловать женщину? — Потому что если после первого болезненного дубля она топчется на полу, он встает и гордо уходит.

Грузинский борец сбрил все волосы на своем теле и перешел в более легкую весовую категорию.

Борцы с гомеопатией неправильно понимают свою целевую аудиторию. По какой-то причине им пытаются логически доказать, что это не работает, когда им следует сказать, что гомеопатия была изобретена иллюминатами, чтобы контролировать разум с помощью излучения, закодированного в воде.

Почему сумоисты бреют ноги? Чтобы отличать их от феминисток.

Анекдот про борцов

В одном из самых успешных шоу на японской версии «Скрытой камеры» несколько сумоистов появились на станции метро «Сибуя» в час пик и сделали вид, что пытаются сесть в один и тот же вагон.

Сегодня. Собираясь на работу, кончиком уха прислушиваясь к ворчащему «Евроньюс», я услышал, что какое-то соревнование, то ли дзюдо, то ли еще какую-то ерунду типа борьбы, выиграл словенец Раше Срака (Раше — ударение на первый слог, СрАка — тоже ударение на первый). Я чуть не опоздал на работу, ожидая повтора новостей. Нет, все точно — Рейч Засранец. О, они не любят нас в этом мире. И даже словенские братья (((

ИНТЕРФИТЕРЫ: «ТАБУН» С ДВУМЯ КАРБЮРАТОРАМИ, ИЛИ «АНТИЛОМА…».

«Лагеря» для подготовки офицеров после военного ведомства г. Чугуев, Харьков. Есть такой танковый полигон, вокруг которого группируются несколько «пионерских лагерей» для подготовки «унтер-офицеров», причем не обязательно танковой специальности. Наш институт, кстати, тоже не имел никакого отношения к танковым войскам, потому что военная специальность больше соответствовала радиосвязи. Мы — шестеро ребят, уже прошедших армию — и соответственно не горевших желанием снова участвовать в костюмированных массовках, к концу четвертого курса стали искать способы избежать повторного, пусть и почетного, воинского долга. Естественно, они его нашли — благо, у всех были лицензии категорий от А до С. На опросе пятого года выяснилось, что большая часть смеха была на стоянке, в заместителе технического отдела, потому что нашему отделу обязательно нужно было «пастбище в поле» из 15-20 разных ЗИЛов с радиоаппаратурой. Конечно, с последующим наблюдением и уходом за ними. Это нас вполне устраивало, хотя предполагалось, что работа с автотранспортом (восстановление и подготовка автомобилей «эконом» к форсированному маршу из гаража института в Чугуев) начнется за неделю до официального отъезда всех сотрудников отдела «на природу». Поэтому нужно провести несколько дней в чреве машины владельца, чтобы не «надевать» сапоги снова. Я провел переговоры о наборе с заместителем технического сотрудника, но когда пришло время раздавать по машинам, я где-то замерз, в результате чего не успел раздать пончики. Все ребята, которых я опекал, уже были официально закреплены за отечественными автомобилями (или просто числились как «автомеханики»), и я почти пролетел через распределение! Но доброта второго командира оказалась безграничной, и в результате быстро была организована должность «начгара». То есть талоны, учет ГСМ, оперативный развод бытового транспорта и т.д. «Дайпо», как говорится, только и всего, чтобы не маршировать. Домашние машины мы перевезли из институтского гаража на площадку, ЗИЛы из ангаров (стоянка лагеря) тоже, равномерно распределив их по окружающим полям, но палатку для нашего личного жилья пришлось устанавливать поздно вечером из-за спонтанного ливня прямо в ангаре. Палатка-ангар» оказалась подходящей конструкцией, потому что некоторые ее углы просто отсутствовали, сгнив от лет. Веселье, как и ожидалось, началось прямо с таскания ЗиЛ’ов-кунгов с оборудованием, потому что на дюжину машин было всего 4,5 карбюратора. Более того, двое были живыми, под колпаками, а остальные — конструктор вперемешку с гаечными ключами и смазкой. «LEGO» для настоящих мужчин. Оставив нескольких более опытных ребят сражаться с конструктором «по понятиям» (ведь техническая литература тоже со временем уничтожается), мы начали оживлять и разгонять машины на позиции. Да, с помощью целых двух карбюраторов. То есть на позицию — в стиле, на «Сахаре» или «Паларисе», обратно — пешком, обрызгивая манжеты и ноги бензином из внутренностей снятого карбюратора. Было некоторое волнение — удастся ли нам к вечеру вывести «все стадо в поле» или нет? Предваряя рассказ, признаюсь, нам очень повезло, нас «выселили», хотя, как оказалось, мощная грозовая туча (она же смерть для автотехников) уже висела над нашими головами без всякой причины. Процедура транспортировки Захарова и Палариса на позицию шла полным ходом, заместитель технического офицера, утвердив техпроцесс и маршруты, спокойно удалился. Тут появился один из штабных офицеров и, начав свою речь со слов «ну что, смертники, нанесли удар?», злорадно сообщил военному начальнику.

Начальник отдела института (он же начальник штаба), люто ненавидит «шлангов, которые разговаривали из-за столов компании». Обычно это проявлялось в ежедневных утренних подъемах, вечерних осмотрах и прочих, известных солдатам, тяготах и лишениях службы, производимых лично начальником штаба. «Финнита, короче говоря, ждите». Закончив напутственную фразу «побудьте здесь, воины, которых обычно принимают в армию, что означает «Мое дело предупредить», служба гордо удалилась». «Ну, и это не так, наступление смутного «завтра». Был вечер. Последние несколько машин готовились к выезду на «пастбище», когда появился он. То есть, пресловутый начальник штаба. После некоторой возни с личной черной «Волгой» в полуангаре, он, похожий на двухметрового военного аиста, внушительно направился к кучке Подольбау. Удолбайские машины, активно ругаясь, боролись с верхним болтом последних ворот ангара. Не то чтобы Засов (отматывая ветку от куска трубы) сильно упирал на то, как стратегически важно, чтобы орава автомехаников работала и под капотами, и конструктором «LEGO-карбюраторов», и вообще, так сказать, равномерно распределялась по объему ангара. Постояв несколько минут над душами бойцов с болтами и сказав что-то загадочное вроде «как бы чего не вышло», но только на военном диалекте, начальник штаба переместил могучий ватагу «Плиты» и одним могучим взмахом выдернул грязный клочок из верхнего гнезда. Красавцы! Макаренко и Валуев в одном лице! НДА… Пожалуй, даже несправедливо, что у последних ворот не было «стоппера» — металлической пластины, которая при падении ударяется о дно «запора». Но именно из-за отсутствия «стопа» лом опустился на подножку начальника штаба. Судя по количеству этажей выражений и мгновенному росту офицеров флота, это было очень болезненно — она была обута в сапоги «Юфт». Падения, конечно, но мягкие, чтобы противостоять лому. Спонтанная судорога офицеров, освободившихся от безделья, определила острую необходимость эвакуировать раздробленную ногу и ее владельца в Харьков, потому что в «этой дыре» такого хирурга не найти. Никто из сотрудников не стремится управлять чужой «Волгой», и поэтому руководство личным автомобильным составом доверено одному из наших ребят, после предварительного собеседования на тему «А у Бати точно 3110?». Черная Молния отвезла Клауд — Гроуза в больницу, а на следующий день — после возвращения лидера экспресса — мы узнали, что гипс на его раздробленной ноге будет зафиксирован на 45 дней. То, что нам было нужно для «подшипников», продержалось так долго. Нам повезло… все полтора месяца нас курировал только Запопотах, классный парень, который регулярно давал задания вечером и не мешал нам выполнить эти задания завтра. Выполнить в меру своего понимания и эффективности, и мы знали, как пройти через «демобилизационные аккорды» различных школ Советской Армии 80-х годов.

У капитана Морошкина был друг, подполковник военно-исторического отдела по фамилии Калибров. Подполковник любил возиться с песочными тактическими ящиками, где с помощью капитана он украшал битвы из нашего героического прошлого и воспроизводил их по ночам. Иногда они с Морошкиным играли друг против друга, и капитан все время проигрывал. Он не держал зла на друга, но неприятное чувство обиды оставалось постоянно. Кстати, подполковник, действительно, недолюбливал Кутузова. Он верил, что Бородинское сражение может быть выиграно, и в любом случае оставлять Москву было нельзя. И хотя, как истинный представитель советской исторической науки, он твердо верил, что в истории не может быть покорных настроений, подполковник неоднократно сменял Бородинское сражение и в чине фельдмаршала, ну а Наполеон, естественно, каждый раз отправлялся туда. У капитана также был свой исторический БЗИК. Южане времен Гражданской войны в США относились к нему очень двояко. То есть, с одной стороны, конфедераты, это рабовладельцы и враги прогрессивного человечества, ладно, с другой стороны, они защищали свою землю, свои дома и вообще сражались против Соединенных Штатов — теперь уже потенциального врага, то есть солдаты генерала были почти союзниками. И уже тогда, в результате экскурсии в подвал делегации борцов за свободу Африки, с ряда стендов исчезли несколько фигур, все стало ясно Морошкину. По этому случаю капитан потихоньку начал готовиться к миниатюрам, посвященным битве при Геттисберге, армии генерала Ли и, конечно же, армии генерала Джорджа Мида. А подполковник калибра, опустившись по просьбе старого друга, подкрепившись квартой «Ягодки» и коробкой грибов «Пенни», назначил свое личное сражение при Геттисберге на последний субботний вечер. Чтобы помочь капитану, конечно, мы с Акимом взяли. Во-первых, нам было весело и интересно, а с учетом того, что по ряду причин мы жили в общежитии академии и не имели выхода в город, у нас было много свободного времени. Ну, а во-вторых, мы искали любую возможность представить педанта подполковника, который своим догматизмом завел нас в класс. Кстати, подполковник Калибер, кроме того, был официальным куратором подвального музея, по военно-исторической части. Поэтому мы погрузились в процесс. Готовя передачу матриц с дивизиями конфедератов и их визиты в тактическую ложу, мы форсированно обсуждали нюансы решающей битвы Севера и Юга, а Акими, глядя на трибуну с битвой бывших махновских тачанцев с «Белой конницей», с сожалением в голосе говорил: «Это будет под хребтом семьсот тачанцев, а потом кланы генерала Ханту. «Капитан Морошкин разбежался, но почему-то сразу поклонился:». Еще не было столько пулеметов, — сказал он простодушно, и тут я ворвался в разговор:» Во-первых, карта Гатлинга была запатентована в ноябре 1862 года, а во-вторых бельгийский завод Монтиньи создал митральзу (пулемет Максима) в 1851 году, так что при наличии инициативы и должного финансирования вполне возможно было изготовить еще сотню митральз к июлю 1863 года — А на что их устанавливать? — с надеждой спросил капитан Морошкин и получил наводящий ответ от Акима: — Так товарищ капитан, была такая веселая тележка под легкомысленным названием «бревно», утонченная, восемь-семь и уже юзом его прототипы наверняка были использованы, Мы поставили туда Митральзу и Зольдатен Фьюри! Две колонны по сто танков — это 200 13-мм стволов, они дадут 200 выстрелов в минуту,

это сорок тысяч выстрелов против проклятых аболиционистов каждые шестьдесят секунд. — Так у Ханта двести орудий на хребте, они издали драпают на фургонах, — борясь с надеждой, сказал Морошкин, но тут я снова вмешался: «А кто сказал, что к позициям противника надо подходить с фронта?» и, наслаждаясь восхищенными взглядами коллег, добавил: «А вспомните, товарищи офицеры, как Махно брал Екатеринослав. Сотни телег с капустой, прибывших на рынок, оказались телегами. Кто же мешает нам покрыть «вагоны» холстом и выдать их за повозки? А чтобы сделать его еще более незаметным, мы посадим рядом со всадниками кафиры. В конце концов, среди черных рабов были сторонники Юга!

Немая сцена, как в «Генеральном инспекторе», мгновенно сменилась бурным обсуждением будущей операции. Было две задачи: техническая и оперативная. Техническая часть касалась изготовления повозок и производства моделей митральезов-максимов, а оперативная составляющая плана, то есть фактическое использование повозок в бою и, в первую очередь, подход к тылам генералов Ханта и Говарда, теперь была в основном решена благодаря моему стратегическому гению. Конечно, мне пришлось поломать голову над тем, как ввести левые транспорты Конфедерации в войска подполковника (он командовал северянами), но решение оказалось простым и гениальным. Ну, а с технологиями все оказалось сверху вниз. У капитана была куча заготовок для конных машин, а митральезы были сделаны из пулеметных болванок. На камуфляжное полотно для фургонов капитан не пожалел нового правительственного листа, и в ожидаемое время колонна айнов и цвайнов, названная в честь Геры Гатлинг, была готова к бою.

И вот наступил канун 1 июля 1863 года, вернее, последняя суббота того месяца. Поле боя было готово. Аким помогал капитану, а я (будучи нерегулярным казаком) помогал своему товарищу, подполковнику. Я, по указанию командира, перегруппировал группы фигур и незаметно подтянул две колонны повозок со снабжением, соответственно к хребту Семетри и за тыл Говарда. И как раз когда союзники генерала Пикетта начали смертельную атаку, а подполковник Калибров уже собирался отдать приказ своей артиллерии смести мятежников, капитан сокрушительным голосом скомандовал: «Митраэлизу вперед». Аким гордо прошел к моей стороне стола, величественным жестом отодвинул меня в сторону и быстро начал снимать белые крыши фургонов. Десятки смертоносных орудий хищно ощетинились в тылу северян, и артиллерия Ханта и войска Говарда были выведены из строя. Южные войска перешли в наступление по всему фронту, и генерал Ли одержал победу.

Жалко было смотреть на подполковника Калиброва. Вот уже час он метался по песочнице, ставшей его позорным полем, но каждая атака разбивалась о железные аргументы его противников. В конце концов, подполковнику пришлось согласиться с тем, что с технической и оперативной точек зрения присутствие этих подразделений на поле боя, в это время и с этим вооружением, исторически и технологически возможно.

Я забыл сказать, что по нашему настоянию капитан предложил подполковнику разыграть это сражение за банку коньяка. В то же время мы пообещали, что если капитан проиграет, мы доставим этот ящик. В целом наши победили их.

Десять лет назад в Торонто произошла такая история. В течение короткого времени несколько друзей получили штрафы за превышение скорости (предупреждения) на шоссе. Кроме того, несмотря на то, что превышение скорости было незначительным, примерно на 10-15 км в час, водители были сурово наказаны — помимо денежных штрафов, они получили демилитарные баллы, что автоматически привело к значительному увеличению страховки. Наказание было вдвойне оскорбительным, потому что обычный поток транспорта на шоссе при ограничении скорости 100 км в час составляет 120-130 км в час, по крайней левой полосе. Оскорбленные водители решили отомстить за столь незаслуженное суровое наказание. Для этого они, заручившись помощью друзей, сделали следующее. В один из летних отпусков, когда люди ездят на машинах за город отдыхать, наши герои, каждый на своей машине, выехали на самое «густонаселенное» шоссе и, встав в ряд так, чтобы перекрыть все шоссе, стали ехать по нему с максимально разрешенной скоростью 100 км в час. Ни больше, ни меньше. В результате за нашими мстителями образовалась огромная пробка из злобных канадцев, спешащих поскорее прибыть на лоно природы, что даже было показано с вертолета в новостях. Все это не осталось незамеченным местной полицией, которая приняла несправедливое, но единственно верное решение — задержать друзей и дать пробке, в отсутствие вмешательства, рассосаться самой собой, даже на запрещенных скоростях. Задержанным был выписан еще один штраф за создание помех другим транспортным средствам. Но в этот раз, друзья мои, я чувствую себя совершенно правым, они обратились в суд, который, конечно же, полностью выиграли — нельзя наказывать за соблюдение правил дорожного движения! Результаты акции борцов за справедливость были следующими. Полиция дала неофициальный совет не останавливать автомобили, движущиеся со скоростью 120 миль в час на автомагистрали в общем потоке, но приказала уделять больше внимания агрессивным водителям или тем, кто едет со скоростью 130 миль в час и выше. Справедливость восторжествовала.

Кто может дать определение стихийному бедствию? Странный вопрос, скажете вы. Ураган, тайфун, наводнение, цунами, приезд свекрови, наконец…

Это верно и правильно, если вы не живете в Одессе. Потому что для Одессы самое страшное стихийное бедствие — это ДЛС или просто две лопаты снега.

Сильный зимний дождь постепенно сменяется моросью, за которой следует легкий морозец. На следующее утро тротуары покрываются сплошным слоем льда. Провода обросли ледяной коркой в виде причудливых сосулек и падают под ноги прохожим. Прохожие тоже падают, уклоняясь от мягких мест и проклиная, как напрасно они «прокляли этих чертей». А неподалеку от Оперного театра единственные во всем городе две снегоуборочные машины ржавеют, тяжело опираясь на свои лопаты…

Я не буду рассказывать о сегодняшней Одессе, но советская зимняя Одесса 70-х и 80-х годов была именно такой. И тут произошел забавный эпизод, о котором я хотел бы вам сейчас рассказать.

…в то зимнее утро природа явно улыбалась одесситам — солнце светило по-весеннему ласково, а под ногами задорно хрустел талый снег. Но как только начало темнеть, ударил внезапный мороз, и снег повалил густыми хлопьями.

Для борьбы со стихией в районе ул. Ф. на близлежащем патронном заводе сразу отсоединили: Бульдозер — 1 шт, Бульдозер — 1 шт, Рабочий с лопатой (состав) — 1 шт.

Работа по расчистке снега кипела в течение получаса, пока рабочий наконец не замерз со своей лопатой и не забрался в кабину бульдозера. Мирное курение двух борцов со стихией было грубо прервано стуком в дверь бульдозера. «Эй, мужики, — позвал замерзший мужчина, стоявший на подножке перед бульдозером, — помогите машине подняться в гору, а?» Вставляй, зараза… — и мужчина грустно указал на свою «Ладу», стоящую под светофором. Дорога от светофора дальше 20 метров уходила в горку и больше напоминала горку, чем дорогу. «Она, — лениво сказал водитель бульдозера, — у меня нет кабеля.»- Троя? — Мужчина надеялся.

И кабель был немедленно найден. А «Лада» была эвакуирована. И тут появился еще один водитель. И все же… в общей сложности за следующие 2 часа на ту же гору было отбуксировано еще полтора десятка машин, включая автомобиль дорожной полиции (правда, бесплатно). Бизнес Одессы кипел вовсю, в то время как улица была совершенно пуста. И никто не видел, как двое деревенских жителей, кружась и загадочно улыбаясь, снова и снова поливали из ведра на злополучный, но такой выгодный холм…

А на следующее утро… наступила оттепель. Весна началась в Одессе …

В Панаму для строительства канала. Наверное, это хорошая идея — наводнить американскую бабочку от имени умных и работящих русско-американцев глупыми и ленивыми панамцами о том, как они так плохо работают, что не могут прорыть Панамский канал за несколько лет. Но есть несколько фактов, которые вы должны знать, прежде чем рассказывать латиноамериканским чистокровным американцам в тонах о том, что «терпение и труд все перетрут». Создание канала 100 лет назад обошлось Америке (далеко не Панаме) в гигантскую сумму денег. Кроме того, только около 9 миллиардов долларов США пришлось на сами деньги. ВВП современной Панамы сейчас примерно в 5 раз больше. Речь идет о проведении 3-4 Олимпиад в год в разных городах в течение 8-10 лет. Теоретически это возможно, но очень сложно. Оборона, медицина и образование пошли бы далеко и надолго. В то же время расходы Америки не ограничивались только строительством (вскапыванием земли и т.д.). До строительства Панамского канала такой страны, как Панама, не существовало. Страна возникла в результате небольшого количества сражений неожиданно откуда-то взявшихся панамских борцов за свободу (немедленно поддержанных США) на территории тогдашней Колумбии, прямо рядом с местом рытья будущего канала. Колумбия хотела сама восстановить «повстанцев», но дядя Тедди Рузвельт. Великий и Ужасный (тот самый, которого так мило играл Робин Уильямс в музее) немедленно отправил несколько артиллеристов к берегу Колумбии, и «Великая Колумбия» как-то сразу взорвалась, подарив новоиспеченной нации «панамцев» важный кусок своей территории. Через несколько недель после завоевания «независимости» новый «вождь Панамы» подписал соглашение с США о предоставлении им права на строительство канала и его неограниченное использование. В остальном ни он, ни канал вокруг территории практически не интересовали Рузвельта и других американцев. Более 10 000 китайцев были привезены из Китая для рытья канала, и они умирали как мухи от желтой лихорадки так быстро, что просто не успевали ввозить новые партии рабочей силы. На самом деле они были отчасти нужны, так как «панамцев» в тех краях почти не было (ведь бывшие колумбийцы по понятным причинам из зоны боевых действий в будущую «Панаму» просто бежали, а несколько сотен «повстанцев» получили свои бабки за работу Казнили на отжатой территории, но вагоны с землей в «Свободную Панаму» категорически не повезли). Стоит ли говорить, что китайцы и компенсация за погибших родственников Тедди Рузвельта не предоставляют никакой медицинской страховки. Кстати, примерно 1/10 часть работ до этого была выполнена французами, которые вели раскопки в Панаме задолго до этого, но проводили геологические изыскания и успели снять часть грунта. У нынешних панамцев: 1) не так много денег, как у США 100 лет назад, 2) им некуда девать толпы китайцев, готовых за копейки, умирающих от инфекционных заболеваний, но копающих землю по 12 — 14 часов в день. И история «героического строительства Панамского канала» — это вовсе не героизм «твердолобых» жителей США. Это героизм все тех же китайцев, которые почти насильно, за гроши, они вели черт знает куда, почти в концлагеря, копать и копать панамские (ранее колумбийские) земли для нужд США. Говорить о них как о примере современных панамцев — кажется мне верхом цинизма.

Мы выходим из токийского метро на станции Рёгоку. В этом районе все вращается вокруг борьбы сумо. Поэтому первое, что мы видим наверху, это два каменных борца сумо с какими-то странными темными пятнами. Вы также можете полюбоваться этой скульптурой на сайте http://abrp722.livejournal.com/ в моем ЖЖ. Моя лучшая половина спрашивает водителя, откуда эти пятна. «Традиционная медицина, — немного смущается наш гид, — если где-то болит, нужно прикоснуться к больному месту одним из борцов и сразу станет лучше». Многие прикасаются, отсюда и пятна. «Молодец японец», — говорит жена после недолгого раздумья, — «веди здоровый образ жизни». -. — Судя по пятнам, чаще всего они травмируют ноги и реже голову. Поэтому они много бегают и мало пьют.

Сейчас мне за 50, так вот в 3 классе советской школы я был в 1976 г. Тогда мы все смотрели фильмы с Гойко Митичем, потом играли индейцев, это был бледный запад, потому что они притесняли коренных американцев, а я всем своим детским сердцем переживал за их тяжелую судьбу. И вот однажды в школе учитель дает нам задание — и он пишет, дети, сочинение на тему «Что бы я сделал, если бы у меня была волшебная палочка?». Я, ни с того ни с сего, беззаботно и совершенно искренне, пишу только одну фразу «Я бы уехал в Америку», потому что мне и каждому, на мой взгляд, здравомыслящему человеку, должно быть очевидно и абсолютно понятно, что стремиться в Америку можно только с одной целью — покоиться в рядах первой организации по правам братьев с краснокожими. Конституция была сдана. Повторяю, суд 1976 г. На следующий день обоих родителей вызывают в школу, где они вынуждены объяснять, что семья в Вечернем Чае вовсе не была создана, коварные планы покинуть Отечество в погоне за длинным эмигрантским долларом и в поисках лучшей доли, и наоборот — ребенок в Пионере ищет справедливости. В общем, как писал в одном из своих рассказов Ватилий Макарович Шукшин — «Его отвели в сторону, проверили документы, но пока выводов не сделали. » Кстати, родителей вызывали в школу во время моего обучения — «Первый ты уже» первый раз они прочитали, второй раз, в седьмом классе, дьявол толкнул меня в руку, чтобы я нарисовал в парте (внутри) санскритский символ вечного движения, по-простому свастику, и не перевернутый нацистский знак, а именно свастику. Не знаю, как и кто его посещал, но меня обложили и загородили. Как говорится — «Седые волосы на голове ребенка хорошо живут в советской стране». Спасибо за внимание, я прощаюсь.

Но страшно даже подумать, сколько убежденных, страстных борцов с коррупцией получили вчера утром ремни от папки.

Эта история была рассказана на недавнем юбилейном банкете Альма Матер, нашего знаменитого астронавта, который долгое время и, возможно, до сих пор удерживает мировой рекорд по продолжительности непрерывной жизни в космосе. В перерывах между космической жизнью он читал лекции студентам в одном очень пафосном университете, и его даже называли там то ассистентом, то старшим (старшим преподавателем) на кафедре, которая когда-то собирала его в космонавты.

Итак, для тех, кто не знает, реформа высшего образования в нашей федерации назрела. Как правило, она вызревала только среди историков, лириков, бухгалтеров и юристов, но все они попали под распространение реформ. Даже те, кто давно опередил остальных. Конечно, как принято в этой стране, те, кто в колонне — юристы и экономисты — должны реформировать всех успешных и продвинутых. А какие принципы реформы у юристов и экономистов — показатели, метрики, план, подотчетность, аудит, контроль и т.д. И вот наш герой, после годичного или 16-месячного перелета, слегка придя в себя, отправляется в альма-матер с лекцией о недавней кампании. Нет Мир изменился за время его отсутствия. Где был учитель все это время? Почему электронный контроль не регистрировал его визиты? Где все это время были публикации коллеги-учителя в ведущих зарубежных журналах из утвержденного списка экономистов? Где его выступления на конференциях из списка утвержденных адвокатами? Где исследования и стипендии, соответствующие требованиям реформы образования? Наш университет, не жалея преподавателей, борется за место в рейтинге Шанхайского и Оксфордского университетов, а вы, коллеги-преподаватели, тянете университет вниз. Ну и что, что нет астронавтов из Шанхая и Оксфорда — и нет астронавтов-экономистов и космических юристов — это значит, что астронавты не нужны для реформ. Ну и что, что они опережают вас на 20 лет — у нас реформа, а что сейчас самое главное в российском образовании? Место в их рейтинге, индекс цитирования и количество иностранцев. Вы хотите сказать, что нам это не нужно? Да, вы не в своей тарелке, как мы будем преподавать ядерную физику и астронавтику без нигерийских учителей? Вон, товарищ космонавт, из наших солидных рядов борцов с индексом цитируемости. Поэтому наш герой был уволен. К счастью, экономистам не удалось разогнать всех физиков и математиков от матери Альмы, они вернули космонавта от реформаторов, спрятали его в своих рядах, пригласили на юбилей, но надолго ли? Реформаторы подшили им образование, подшили их там, подшили и медицину. В общем, наши космонавты решили искать в своем летном отряде юристов и монетаристов, даже придумали эксперименты на орбите. Но что-то не видно подражателей Реформаторского полка, наверное, им что-то надоело. Если у вас есть кто-то на примете, пожалуйста, дайте мне знать. Адрес известен — пос. Звездный, Московская область. до встречи

Они убедили меня разместить здесь один из рассказов моей жены о ее студенческой жизни. Училась в институте физкультуры (здравствуй, Малаховка). Там готовили специалистов широкого профиля — предполагалось, что выпускники пойдут работать учителями в школы. Поэтому каждый студент должен был овладеть не только теорией, но и практическими навыками в различных видах спорта. При этом преподаватели сделали очень хитрый ход — они организовали передачу «практики» в виде соревнований или показательных выступлений, на которые все приглашались в качестве зрителей. Больше всего «фанатов» собрали показательные выступления по художественной гимнастике среди. борцов-тяжеловесов или тяжелоатлетов. как это выглядело А можете ли вы представить себе произвольную программу с обручем или лентой в исполнении, например, Николая Валуева.

Несколько лет назад мне довелось работать с клиентом, который находился недалеко от моей альма-матер. В один прекрасный день я вышел немного раньше и решил прогуляться по памятным местам. Он зашел в столовую, общежитие, аудитории, лаборатории и студенческий центр. В центре мое внимание привлекла солидная реклама спектакля «Три сестры». В афише говорилось, что это действо было организовано «русским клубом» и такие мероприятия, как концерт Рахманинова, вечер бардов, фильмы 60-х годов, Серебряный век, тематические вечеринки и т.д.

«Молодцы ребята-организаторы, я далеко пойду», — подумал я. И тут мелькнула мысль: «Они бы знали, как и почему все это началось». И я вспомнил.

«Детский клуб лейтенанта Шмидта».

Эпитафия: «Я могу сообщить о каждом миллионе, который я заработал, кроме первого» (Джон Рокфеллер).

Моя семья приехала в Соединенные Штаты в самом начале 90-х годов почти без средств к существованию. Для семьи из 4 человек это была астрономическая сумма в 220 долларов и несколько тюков мусора, большинство из которых были бесполезны. Я до сих пор не понимаю, зачем мы тащили через США мясорубку, электродрель и лакировщик. Первые несколько лет в новой стране были немного трудными, хотя и очень веселыми.

Мои родители начали работать, а мы с сестрой были на заработках, но романсы пели в русле «тотальных» финансов. Прошло полтора года, моя сестра окончила школу, а потом? Мои родители даже не сомневались, что она поступит в университет, чего бы это ни стоило. И это стоило немало, даже несмотря на гранты и стипендии, особенно учитывая наше тогдашнее солидное состояние. Они отдали последние копейки, потому что образование — это святое.

Через 4 года моя сестра окончила университет, и тогда пришло время мне уезжать. С деньгами стало немного легче, их уже не называли бедными, но даже до среднего класса было очень и очень далеко. И снова альтернативы не были рассмотрены. «Мы пойдем гулять». Наши родители подбадривали друг друга. «Будет день, будет еда».

В результате я поступил в приличный частный университет, что не было даже бесплатным удовольствием. Как правило, в США образование в университете или колледже — это солидная куча денег. Реально распоряжался мной, я неплохо учился в школе и повсеместно получал поблажки и скидку почти в половину суммы. На четверть суммы мои родители взяли кредит для себя, а остальное я уже взял в долг. В принципе, все понятно и справедливо, хочешь экономить — не учись. Если вы хотите учиться, платите. Путь овладеет идущим, тот, кто нуждается в образовании, примет его, несмотря на все препятствия.

Сложность заключалась не только в стоимости обучения, но и в том, что все сопутствующие расходы были более чем ощутимы. У частных университетов простой подход: «Куда вы денетесь с подводной лодки?». А значит, на первый план выходили расходы на общежитие, питание и т.д. Студиозусы (как и я) старались найти хоть какую-то работу, иначе бы совсем прогорели. Проблема заключалась в том, что студенческой рабочей силы было много, поэтому оплата была минимальной, тем более что сам университет был основан на фундаменте. Выход прост, вам нужно несколько работ.

Где я просто не работал. Одно время он занимался рассылкой писем с просьбой о выделении денег университету. Работа не пыльная — раскладывать письма по конвертам и клеить марки, и скучная — для тупых. Затем в спортзале он разложил инвентарь, тоже не пыльный, но, к сожалению, их отвлек сон. В это же время библиотекарь раздавал, тоже с копейкой в кармане.

Найдя две уникальные работы для частичной занятости, проверьте. Первый является официальным индоссантом мячей для женской команды по лакроссу. Это не работа, это сказка. Вы сидите в кресле, наблюдаете за девочками, несколько раз за игру из корзины бросаете им мяч, а в перерыве вокруг поля собираете мячи. Второй еще круче — кинооператор женской баскетбольной команды. Вы посещаете различные университеты и снимаете игру на камеру. Девушки милые и услужливые, питаются путешествиями, а также оплачивают часы в дороге. Короче говоря, Синекура, что еще я могу сказать. Одно плохо — игр мало и работа сезонная.

Тем не менее, финансовая проблема оставалась. Нравится, не воняет, но нормальных денег не заработаешь. Кажется, что ты работаешь 25-30 часов в неделю и имеешь 100 баксов, много 150. А расходы солидные, по крайней мере, я старался экономить там, где можно. Квартира с другом-приятелем, пара, потому что пара снималась в кампусе дешевле, записывалась на всевозможные семинары и презентации, потому что иногда они едят бесплатно, а света в конце тоннеля не видно никак.

У Семки Ситуовина было получше, отец с бизнесом в Российской Федерации. Но в 90-х это было как, то густо, то флейты играют и барабаны звучат, то совсем пусто, а потом господа благодарят, что он остался жив. Короче говоря, он нуждался в деньгах почти так же, как и я, поэтому не выпрашивал огромные гроши у родителей, у которых и так было достаточно. Какая шлюха, мы просто не вписались, чтобы доставить его домой в Оз. Или студентов обменивали на студентов, потом подписывали на них счета повторного обучения населения, потом пытались продавать телефонные тарифы, но выходило некачественно или ненадежно. Амбиций много, но на самом деле их было ноль.

Финансовый анус обостряется с каждым началом семестра. Причина проста — учебники. Тогда практически не было онлайн-продаж книг (эта тема только начиналась), поэтому университетский магазин был, по сути, монополистом. Драл семь шкур с несчастных студентов без малейшей снисходительности. В среднем за семестр я брал 5-6 предметов, и часто для каждого из них требовалось по два-три учебника. А книги и 50, и 70, и 100 долларов могут стоить, так что общая сумма для бедного студента была чудовищной. Еженедельная прибыль взлетела от одной или двух книг.

Особенно тормозили некоторые профессора. Профессор. Было объявлено, что для их класса требуется определенный учебник или задание. Они сами его создали. Затем они доставили этот шедевр эпистолярного жанра в университетский магазин, и бедняга был вынужден купить его. Совершенно некуда деться, кроме как плакать, но взять себя в руки. «Довольный», обогащающий любимых учителей своими деньгами. Как сейчас помню, недобросовестный учитель геологии просил 80 долларов за свою маленькую книжку в мягкой обложке. По информатике требования были больше — почти $120.

Единственный, кто имел совесть и понимание, был наш преподаватель по налогам Стефан Лида. Более того, он сказал: «Книги толстые, но смысла в них нет. Все, что касается знаний, а не закладок, я расскажу вам на лекциях. Вырежьте хорошие ноты, и это будет 3/4 материала. В дополнение, вот книга, которую я составил сам. Существуют ключевые понятия. Она стоит всего 9 баксов, примерно столько мне нужно напечатать. Остальную литературу, если она необходима, можно взять в библиотеке. На самом деле, из этой хорошо составленной тонкой книги я почерпнул гораздо больше, чем из десятка других.

А как насчет самой темы? Уже казалось, что налогообложение не может быть более скучным. И здесь вы ошибаетесь. Лекции Стивена начинались в 8 утра, а в 7-7:15 он приходил сам, если у кого-то возникали вопросы по теме. Поэтому студенты собирались в аудитории до семи утра, как штык, только для того, чтобы побеседовать с ним. Его лекции — это что-то с чем-то, заряд энергии, фейерверк юмора и калейдоскоп прекрасных жизненных примеров. Этот преподаватель создал удивительную атмосферу и сделал свой предмет настолько понятным и увлекательным, что студенты с других факультетов (биологи, физики, инженеры и т.д.) массово записывались на него, даже если этот предмет был им совершенно не нужен для получения диплома. Я никогда не видел ничего подобного ни до, ни после.

К сожалению, редкостные ублюдки (извините, другого слова нет) из администрации университета сожрали его, не подавившись. Единственный, на мой взгляд, достойный профессор на всем факультете. Ему не дали tenure (постоянную должность) из-за его препирательств, и он ушел, обидевшись. В принципе, эти университетские пассионарии мне очень фиолетовы, но тогда я счел своим долгом позвонить на кафедру и написать письмо президенту университета, что отныне вместо благотворительности они будут получать только сексуальные «иксы». ** от меня. Позже я узнал, что еще несколько сотен бывших студентов говорили примерно в том же тоне. Но, наверное, я отвлекаюсь.

В конце каждого семестра возникал вопрос, что делать с использованными учебниками? Если вам очень везло, то находился кадровик, который планировал пройти курс в следующем семестре, тогда продавали книгу ему/ей. Обычно со слезами на глазах они тащили все обратно в университетский магазин, где книги принимались примерно за 10-15% стоимости. И часто они не принимали его, а просто говорили: «Вышло новое издание. Если хотите, забирайте, или вот коробка, положите туда». Ну, а когда наступил следующий семестр, те самые учебники, которые студенты сдавали за копейки, университет выставлял на полки как секонд-хенд по цене 75-80% от стоимости новых, и их скупали бегом. Бывало даже, что те книги, которые студенты просто отдавали бесплатно, также продавались университетом (в случаях, когда следующее издание не было доступно до начала семестра или профессор разрешал использовать обе версии, тем более что они редко серьезно отличались).

И вот заканчивается очередной семестр, я с грустью просматриваю свою библиотеку и с тоской думаю, сколько же мне настучат на этот раз. Семка перекатывается и, видя мой кислый вид, спрашивает: «А почему в клубе не смешно? Почему ты повесил голову?» — «Почему мы веселимся? Доходов нет, только расходы. Кстати, вы знаете, что во фразе «Студент сдает книги в университетский магазин» студент — субъект, а магазин — должное.»- «Я тоже филолог-любитель». Семка улыбается: «А магазин — это местоимение. «Еще одна вершина философской мысли. «Я мрачно киваю.

Вдруг Семка завизжал так, что стекла задребезжали: «Эврика. Тот, Кто был ничем, станет всем. Мы покажем им мать Кузьмы, сколько стоит фунт, где зимуют крабы и почему брак невыносим.» — «Кого мы покажем? И самое главное — что? Учтите, я с опаской отношусь к эксгибиционизму. Я согласен, чтобы меня показывали только в узком кругу ограниченных людей» — «Хусари — молчи. Первое собрание акционеров ЗАО «Рога и копыта» объявляю открытым. Наша цель — нести разумное, хорошее и нестареющее в массы. В обмен на свободно конвертируемую валюту, разумеется». — «Цель хорошая. Я поддерживаю это всеми фибрами своей души. А теперь ближе к телу, как говорил Мопассан».

Затем Семака объявил о своем врожденном плане. — «Смотри сюда. Теперь вы потащите свои книги Аки Сисифа на Голгофу. Принесите шампур с маслом. Тезис справедлив?» — «Опыт — замечательная вещь. И он предлагает это — да. Готов рассмотреть варианты.»-«Что если книги. Не принимайте.» — «Сома и вы максималисты. Вы предлагаете пролететь как фанера над Парижем и не получить ни копейки. Скажем, вы расслабляете граждан и получаете удовольствие.» — «Именно это я и предлагаю. Кроме того, акционеры ЗАО «Рога и копыта» сразу собирают все деньги, берут, сколько можно занять и. Они направляют свои стопы к университетскому магазину и начинают покупать учебники в страдающей Популярности по цене этих университетских солдат. » — «Сёма, у Ваки Ксюши была гнилая реба? Или молоко взбило нестандат? Что за блудницу вы предлагаете? Не только не получать деньги, но и отдавать последние и выигрывать всякое дерьмо. К сведению, я готов грызть гранит науки, но здесь я предскажу, что он ест бумагу вместо пиццы, а это извращение. Душа, душа не принимает эти условия. Что мы будем делать с этими книгами? » — «Я уже сказал тебе, что ты дурак и уши у тебя холодные. Мы будем ими торговать» — «Да, мы откроем лавку или, скорее, лавку напротив лавки и позовем покупателей» Девушек, Девушек, купи книгу. Не использовать. Книга «Персик». Кстати, как вам нравится мой бархатный баритон? » — «Ты прав и не прав, мой друг Сократ. Мы действительно занимаем скамейку запасных. И действительно, напротив магазин. Но мы будем покупать только книги. Но для продаж есть такая мысль. «И Семка озвучил остальную часть идеи» Мне довелось посидеть в местной локалке. «

Даймонд Смоук прошел по нашей скромной квартире. Идея была настолько проста, настолько гениальна. Просто чудо, что за столько лет никто не подобрал золото на поверхности. Дрожащей, но уверенной рукой я достал чековую книжку и посмотрел на баланс. — «Немного больше и больше. Все приобретено непосильным трудом. Я готов внести свой вклад в виде благотворительности в пользу голодающих. Что скажут торговцы?» — «У меня примерно то же самое. Я думаю, что нашего капитала достаточно, чтобы добиться успехов в науке и технике» — «Мадас». Они штурмовали свои интервью с голым членом, чтобы получить преимущество. Но, черт возьми, отчаянные времена требуют отчаянных мер».

На следующий день, когда он сложил наш скромный капитал, позаимствовал складной стол и пару соседских стульев, мы устроились у внешнего входа в магазин. Мы привязали объявление от руки, сказав, что покупаем учебники по высокой цене. Какая цена, мы понятия не имели, какая книга, мы не имели понятия, приходилось периодически работать внутри и выяснять по учебникам, которые принимал магазин. Затем мы накидывали 5-7 долларов сверху. За книги, на которые университет вообще не давал денег, мы давали 3-5 долларов, в зависимости от состояния и толщины книги.

Сначала дело шло тихо, но очень скоро, когда мы узнали, что платим больше, толпа студентов осадила нас. Злополучная масса согнулась под тяжестью книг. Затем их стали укладывать под стол в коробки. Затем они просто положили книги на асфальт. Вскоре возмущенные работники магазина набросились на нас с претензиями, мол, какого черта? Что за дилетантская презентация? Что такое попытка монополии?

В ответ мы рассудили, что никакого вреда с нашей стороны не было. Мы просто хотим покупать книги у единомышленников. А где сказано, что это запрещенная деятельность? — «Хулиганы лишают зрения!» — крикнул Салмон. — «Давай», давай сюда Ляпкина-Тяпкина. — нагло повторил я. — «Я буду жаловаться прокурору», — крикнул Семка. — «Может, нам просто послать их к черту, со всей пролетарской прямотой?», — предложил я.

На следующий день мы повторили выступление, а на третий день у нас закончились деньги. В результате мы получили несколько сотен учебников по всем предметам, от античной философии до высшей математики, от химии до квантовой механики. От нашего столика до парковки было не более 50 метров, но мы изрядно потянули руки. Бедный Субару Салмон уже тонул от нагруженных объемов. При воспоминании о том, как я перетаскивал эти вещи из машины в нашу квартиру на третьем этаже, мне становится плохо, хотя с тех пор прошло почти 20 лет. Но теперь мы были готовы к битве титанов.

Как уже догадались уважаемые читатели, мы ни в коем случае не собирались продавать эти книги в розницу, сидя на скамейке или расклеивая банальные объявления. У нас был только один покупатель. Университетский магазин SAM. Как можно сделать такой жест? Я объясню здесь.

Дело в том, что когда начался семестр, в первые несколько недель, общее состояние университета можно было описать как «ромашковое безумие». Студенты записывались на занятия и очень часто меняли их впоследствии (по разным причинам). Поэтому им приходится сдавать уже купленные книги и покупать новые. Все, что для этого нужно, — простая форма, которая выдается в центре регистрации. Его заполняли от руки, указывали, какое занятие отменяется, какое проводится вместо него, и сотрудник центра (чаще всего это был тот самый студент из братства, который работал почасово и которому было абсолютно все равно) ставил либо печать, либо разворотную подпись.

Постучав по студентам и окинув их взглядом, мы получили в свое распоряжение целую пачку пустых бланков. Мы заполнили формы, указали, что меняем расписание, и отправились в магазин учебников. — «Я хочу поменяться. Я возьму другой класс», — твердо заявила я. «Отдайте деньги рабочим». — «Дайте подумать», — пробормотал сотрудник. «Вы купили его по кредитной карте? Или на университетский счет? — «Наличные, конечно. «Я убедился. -» У вас есть чек? Ну, я не сохранил его, я потерял его. Но, в конце концов, вот они, те самые книги, которые стоят у вас на полке. Больше некуда их везти. Да, и по правилам мы можем брать их в аренду на первые 2 недели без проблем. «Сопротивление» к этому моменту обычно прекращалось, а за книги, которые мы покупали (или даже получали бесплатно) за копейки, мы получали в магазине розничную цену наличными.И вот целый лоток с ярко-синей каймой.

Мы появлялись в университетском магазине почти 3 раза в день, потому что нам нужно было успеть продать как можно больше книг. Через несколько дней наши лица стали настолько знакомыми, что продавцы принимали нас как родных. Естественно, они все понимали и по инерции сопротивлялись, но «методов против Кости Сапрыкина у них не было», потому что мы не нарушали никаких правил. И поэтому каждый поход в магазин приносил нам сотни долларов. Конечно, мы не успели сдать все книги, магазин отказался принимать что-либо, потому что эти учебники уже не использовались, но мы купили 80 процентов запасов.

Инвестиционный доход превысил все самые оптимистичные прогнозы и вышел за рамки 600%. Наконец-то мы почувствовали себя людьми. В его кармане завелись приличные деньги. Я не бросил работу, но меня больше не заставляли экономить каждую копейку. Кроме того, я даже частично погасил свои долги за обучение и позволил себе некоторые излишества. И, конечно, мы с нетерпением ждали начала следующего семестра, и я с нетерпением ждал повторения нашей арии на бис.

К сожалению, второй концерт по просьбе зрителей не состоялся. Более того, мы покупали книги, и на порядок больше, чем раньше. Но проницательные продавцы университета прошли по нашей кривой. Согласно новым правилам, при сдаче книг необходимо указывать номер студенческого билета и предъявлять удостоверение личности. Также необходимо было представить официальное расписание до и после замены.

Мы линяли, как неделимые олени, меняя расписание по нескольку раз в день, но беготня в регистрационный центр и обратно занимала много времени. К тому же мы настолько запутались, что нас начали тупо возить в магазин и центр, едва мы успевали записываться на настоящие занятия. Проблему нужно было решать срочно, потому что на кону стояли большие деньги.

— «И снова Эврика», — сказал Сиома. «Мы сами по себе, в этом наша слабость. Но заграница нам поможет. Есть идеи.»- «Выразите весь список, пожалуйста.»- «Надо устроить крик и организовать идейных борцов за знание денег. Вы не должны полагаться на помощь аборигенов. Их протестантская этика и буддийский порядок вещей не позволят им участвовать в нашем гешефте. Нам нужны их другие Другие такие. И это проще, нам нужно больше детей лейтенанта Шмитта. «

Конечно, русскоязычные студенты в университете опережали нас, но очень редко. Пожалуй, только в год нашего признания началось медленное завоевание эрмаком Сибири. Если в нашем 6 — летнем «русские» были приняты, то как минимум 25 человек были хотя бы на третьем курсе в университете.

— «Мы позвоним тем, кого знаем. В то же время мы попросим их донести их до тех, кто знает. Ну, мы повесим вывеску в студенческом центре, там будет написано «Русский клуб». ‘ Ты хочешь страдать с нами за хлеб. » — «И что потом? Вы не боитесь раскрыть знание Хоу?» — «Чего они боятся? Для меня это последний семестр», — ответил Семка (заканчивает университет через 3 года). «У тебя остался еще один семестр, тогда будет достаточно достижений для твоего возраста. А его брат Эмигрант почует запах и поможет нам. Это наши субсидии в «Союзе меча и орала».

Не успели сказать, как уже сделали. Кто мог быть оповещен, некоторые видели сообщение. Они организовывали советы в кино или, в последнее время, на скамейках возле библиотеки. Вероятно, собралось человек 15-18. Речь Семака была вытолкнута наружу, откуда бросали камни. — «Дорогие братья и сестры, кенты и тряпки, СПИД и гои, чуваки и чувихи. Щупальцами капитала последние соки гегемона взимают огромную дань в виде платы за учебники? Любой шанс Восстановить историческую справедливость и заработать деньги. Схема проста как два пальца, т.е. наши товары. Наши товары, ваше время и ваш доход гарантированы. Когда вы делите, это справедливое дитя пополам. Кто согласится, напишите свои контактные данные на этом листе. Те, кто хочет думать, — без проблем. Только не тяните кота долго, потому что времени у нас очень мало — это те деньги, которые мы можем заработать вместе. «

Проникновенная речь нашла отклик, и почти все с ней согласились. Все, что требовалось от неофитов, — это несколько раз менять расписание, предъявлять бланки вместе с удостоверениями личности и сдавать свою часть книг. Расчет производился после прохождения каждой партии. Они избавились от товара буквально через несколько дней, чтобы получить универсальную выгоду. Конечно, наш доход оказался меньше запланированного, но даже в этой ситуации мы все равно заработали очень хорошо.

Будучи знатоком человеческих душ, Семака предложил покрыть скромную поляну, благо прибыль от забавы была приличная. Пицца, куриные крылышки, пиво и шутки — лучшая основа для объединения пролетариата. Всем понравилось, особенно бесплатный подарок. Пару раз в семестр мы встречались с веселой группой, и на этом год заканчивался.

Перед моим выпуском Семка мне говорит: — «Слушай, мы уже людей организовали. Люди — как собаки Павлова, их можно смело вести в светлое будущее. Для меня уже слишком поздно, я уезжаю на Мастерс, а ты можешь сорвать хороший джек-пот с нашими товарищами по стае. » — «С этого момента». Мне стало интересно. — «Да, очень просто. На следующей выпивке я предложу вам пост президента русского клуба. Как обычно», народ молчит. «Я имею в виду, я уверен, что все поддержит. Кроме того, у нас есть Так Ништяк на следующий семестр. Я зарегистрирую всех как «Русский клуб» Университет официально на территории кампуса, так как там достаточно людей. А затем ловко и без обмана попросите бюджет. Я понимаю, что университеты предоставляют довольно щедрые средства студенческим организациям. Вы будете накормлены и напоены, и пенни упадет на мальчиков. «

Идея официального «русского клуба» была воспринята «на ура». Семка высчитал, словно по нотам, естественную маржу моего президентства, никто не возражал.

Ну, а следующий семестр (мой последний в университете) мы встретили уже во всеоружии, со стопкой учебников, которые мы упорядочили. В то же время я сделал презентацию для администрации, клуб был официально зарегистрирован. Возможно, помогло то, что мы выбили весь российский факультет за лоббирование наших интересов. Мне даже удалось выбить бюджет в несколько тысяч долларов, заявив, что мы посетим музеи, пройдем культурную обработку и даже организуем какое-то общественное мероприятие. Одно было плохо, бюджет дали только на следующий семестр, я не успел внести свою долю.

Однако я не жалею, что у меня было достаточно доходов от книг. А в следующем семестре «Детский клуб лейтенанта Шмидта» уже живет своей полноценной жизнью. На первые деньги они устроили большую вечеринку в русском ресторане. Они даже умудрились сообщить, что это «изучение русской кухни». Несколько лет, будучи первым официальным президентом Русского клуба, они звали на всевозможные встречи, даже несколько раз приходили ко мне домой. Потом они постепенно прекратились, особенно после того, как я сам охладел к этой теме из-за работы и своих путешествий.

Что ж, теперь его можно увидеть в клубе русских парней из первоисточника. Все белое, пушистое, чистое и культурное. Да, наверное, так и есть. Тем не менее, они будут знать, как и почему все это началось.

Сейчас постоянно смеются над нашими грушниками, то ли они рассказывают о том, что либералы донесли до проклятых спецслужб, то ли это вопрос Штирлица. Я хочу разочаровать людей, свято верящих в профессионализм советских работников плаща и кинжала. Потом КГБ, как правило, передается по наследству, основные условия для предков революционеров, а поскольку революцию делали люди, мягко говоря, не совсем психически здоровые, то и наследники в основном соответствуют. Например, у человека был дед, он готовил вкусную вожжу в Ковриге, слушал как офицер ЧК. Куда они поведут внука? Прямо в КГБ, как внук первого чекиста. В ГРУ выбор был в основном по анкетам, но какие-то странные, всех офицеров и сотрудников в основном забивали украинцами, причем с территорий, которые были под оккупацией, хотя в анкете был пункт, были ли вы или ваши родственники на оккупированных территориях. Как вы думаете, это выдумка? Ничего подобного, анкета, с которой я знаком, не прошла из-за того, что во время войны он жил в Михайлове, под Райзаном, который немцы заняли за 12 часов. Все, товарищ не прошел. Ну, это была преамбула, а теперь сама амбула. В 1985 году он был отправлен по распределению в Ташкент. Там он услышал почти анекдотическую историю о местных борцах с мировым шпионажем. Восток — дело тонкое, поэтому то, что в России считается аксиомой, не требующей доказательств, в Азии будет представлять такие доказательства, что крыша съедет и не вернется. Рассказ о том, что граница замка в центральной части СССР могла восприниматься серьезно, но в Узбекистане об этом можно было говорить с улыбкой. Граница, отрезающая таджиков от узбеков, никогда не была для них препятствием, и поэтому даже через 150 лет родственники наведывались без последствий, а на Алайском базаре в Ташкенте можно купить контрабанду, пусть и проверенную Москвой, кроме перформанса и там кураги ничего не видели. Теперь о самой истории. Узбек из Ташкента был приглашен на свадьбу своего дальнего родственника в Афганистане, купил подарки, поехал на свадьбу и остался там на месяц. Но в связи с тем, что наши войска находились в Афганистане и шла война, Афганская пограничная служба безопасности, подконтрольная нашим пограничникам, начала работать с агрессивной агентурой, в результате чего наш Рафшан Джамшутович попал в список перебежчиков в стан врага как дашман. Когда наш герой вернулся в Ташкент, к нему домой пришел его дальний родственник, работающий в милиции, и сказал, что, мол, теперь ты агент империализма и охоты, а потому лучше иди в КГБ и скажи, что ошибочка вышла. А наш Спай ненароком попал в КГБ города Ташкента. Но там его приняли не очень ласково. -Ты, кто ты — шпион или перебежчик? У нас есть шпионы на втором этаже, перебежчики на третьем, но сегодня они — завтра выходные. «Джалджаб», — сказал расстроенный Рафшан и пошел домой. «Второй день — местный, гражданский или военный? Ваш коридор правильный, но они не работают там сегодня, приходите завтра. -Секрет в обоих ваших домах, — пробормотал начинающий справляться, благородный шпион, собираясь домой. Пройдя все круги бюрократии, Рафшан наконец выяснил номер офиса, где с ним будет работать специалист по работе с клиентами, но чтобы попасть к нему, нужно было заказать пропуск и ждать неделю, потом нужно было ждать компаньона по работе на работе на работе на работе И тогда можно было наконе ц-то сдаться. -Да, что бы сжечь катет в подсвечнике вместо свечи,

Источник: https://www.anekdotas.ru/anekdoty-pro-borec-2

Top

Сайты партнеры: Сонник, толкователь снов | Блок о щенках и собаках | Погода в Санкт-Петербурге России Мире | Копирайтинг студия TEKT | Газобетон стеновой с захватом для рук