Смешные анекдоты про урожай

На нашем сайте собраны свежие анекдоты про огород. Читаем, улыбаемся, а может даже и смеемся!

Школьник, который залез в чужой огород, нарвался на сторожа и теперь еще больше ненавидит дроби.

А спонсор этого вечера — угрозы картофелю в огороде. Угрозы картофелю в огороде — я тебя из—под земли достану, мразь.

Вот и открылся самый известный тренажерный зал — Огород!

— Папа, ты любишь жареные овощи?
— Люблю, сынок, очень люблю.
— Тогда тебе повезло: у нас горит огород.

Настоящий мужчина должен сделать в жизни три вещи: запустить радиоуправляемый вертолёт, испортить чьи—то лучшие годы, и вырастить с ней на огороде картошку.

В избушку одной деревеньки входит мужик. Возле печки на лавке сидит старичок лет 70. В одной руке недопитый стакан с бражкой, в другой — соленый огурец. Мужик, доставая удостоверение, говорит старичку:
— Здравствуйте! Это сельскохозяйственная перепись! У вас живность есть?
— Конечно есть. А как ей не быдь—то (…залпом выдувает стакан и глотает огурец…) Записувай: где—тось с 3 десятка крыс, сотню мышей, клопов не считал, а тараканов тыщи 2 наберется…
— Не… Я не про это спрашиваю. У вас скотина где?
— А, так тебе скОтину! Так бы сразу казал. Та вон глянь—ка в окошко — в огороде часом была. Ось там где конопля растет.
Переписчик смотрит в окошко и говорит:
— Да не вижу я никакой скотины.
Тогда дедок вскакивает с лавки, покряхкивая, сам подходит к окну, отворяет его. В огороде видит бабку, окучивающую мотыгой коноплю, и кричит ей:
— Клавка, скОтина! К тебе тута опять за косяком очередной укуренный пришел!

Найденный в капусте не всегда носит фамилию хозяина огорода.

Решил еврей надурняк себе колодец в огороде выкопать. Пошел он к русскому и говорит:
— Слушай, мне недавно один цыган продал старую карту. На ней показано, что у меня в огороде зарыт клад. Давай ты мне его откопаешь, а я тебе 30% отдам. А русский отвечает:
— Не верь ты этому цыгану. Он продал похожую карту одному хохлу, так я ему целый колодец вырыл, а клад не нашел.

— Алло, это КГБ ?
— Да..
— У Изи в огороде закопан пулемет!
— Алло, это Изя ?
— Да..
— С тебя бутылка — сегодня ночью к тебе придут и вскопают огород!

— Прокуроры, оказавшись на пенсии, постоянно ковыряются в огороде.
— Не ради урожая, просто, не сажать они уже не могут.

Анекдоты про огород

— Никанорыч, куда это ты внука своего повел?
— На остановку. Пущай домой ехает, ну его!
— Так он ведь всего три дня как прибыл. Сам же радовался: на все лето, мол, помощничек пожаловал.
— Ага, помощничек! Велел я ему огород вскопать, все три сотки. Вон он лоб какой, даром что в шестом классе только.
— Ну и как, вскопал?
— Вскопал, как же! Я позавчера пенсию получил. С соседом Егором посидели. А утром голова трещит, спасу нет. Этот оболтус и шепчет мне: «Деда, я видел, как бабушка вчера закопала в огороде две поллитровки. Сказала, что вам и так много будет». Только, говорит, темно было, я не видел, где закопала. Я, говорит, вечером начну копать, может, найду.
— Ну, ну.
— Баранки гну! Какой там вечер? Да и разве я бы доверил этому охламону искать опохмелку? Еще расколет нечаянно! Сбегал за Егором, мы вдвоем эти три сотки за два часа и вспахали…
— Ну, хоть не зря?
— Не зря. А ну, гаденыш, скажи-ка Петровичу, чего ты там в конце огорода для любимого деда зарыл?
— Чего, чего! Очень даже ничего — две бутылки кефира! Самый полезный продукт для того вашего состояния!
— Ты понял, Петрович, он еще и издевается надо мной! Не нужен он мне здесь, вредитель! Мне еще сено косить надо, по-человечески чтоб. А он опять чего-нибудь удумает! Нет, пусть домой, в город, к своим родакам проваливает!

Вчера в новостях краем глаза замечательный сюжет увидела. Фермеров Нижегородской области хотят посадить за то, что они на своем участке выращивали мак. Показали эту «страшную плантацию»: торчат несколько стеблей, три цветочка крупным планом, на заднем плане вроде бы обычный огород.
В общем-то в наших краях мак нередко растет в огородах — естественно, его не сеют. Занесет ветром два-три семечка, прорастут они, и потом радуют хозяев участка красивые яркие цветы. Сослуживица рассказывала, как в огороде ее матери несколько цветочков мака выросло. А мимо шли какие-то молодые люди и вежливо попросили разрешения эти цветочки сорвать. Хозяйки разрешили (а чего бы не разрешить?). И сослуживица переживает теперь: вдруг мак надумает снова вырасти на огороде? И при нынешнем антинаркотическом ажиотаже ее мать запросто может попасть под статью. Ну а как же, наркобаронесса!
Это все мне напомнило рассказ бабушки о том, как ее подругу посадили в конце 30-х годов только за то, что она немецкую кастрюлю хорошей назвала: «У меня кастрюлю украли хорошую, немецкую!»
Всегда найдутся люди, которые ради продвижения по службе или имитации бурной деятельности будут преследовать просто неосторожных или наивных людей, а не настоящих преступников.

Наш сосед по деревне Иван Васильевич большой любитель чарки. Работал он на заводе химконцентратов всю жизнь и при первом же медицинском обследовании врач, «вот такой мужик!» посоветовал ему проводить чистку печени. В то время, пятидесятые, еще в телевизоре не было Малышевой чистящей печень таблетками и не было Малахова очищающего всё и вся мочой, и пришлось выводить радионуклиды и прочую хрень, по совету врача, водочкой и, или, другими спиртосодержащими.
Вот этот процесс я частенько и наблюдал и даже участвовал в нём по мере сил. Приезжал я на дачу к родителям раз в неделю и, провернув усадебные дела, и не увидев в соседнем огороде ни разу белого платочка Марьиванны, половины Иванвасилича, сунув под полу флакон, шел в гости….
Летняя кухня, сколоченная из толстенных стволов тальника была оборудована у него по спартански – стол из двери и плитка спиральная такой мощности, что предохранителями служили гвозди. Вот и вся мебель. Стульями был диван от Москвича.
Мы пили водку или самогон, и я слушал росказни соседа и вместе мы пели «Отца убили злые чехи…» и другие народные. ИванВасилич имел хриплый тембр и поэтому песни были больше похожи на рёв. Курили махорку собственного изготовления, и я тоже хрип. Истории его о том, как он пулемётчиком сидел в засаде на границе с Венгрией и при прорыве бандеровцев ему, уже в пятидесятые, оторвало гранатой пятку, как он ликвидировал на заводе аварию вычерпывая ртуть ведром, как минировал огород и расстреливал деревенских воров…. Рассказчик он, несмотря на хрипы-сипы и прочие помехи, великолепный! Потом я уходил, а в следующий свой визит выслушивал рассказ о том, как и чем закончился вечер спровоцированный мной.
Все было стандартно. Не хватало душе русского мужика одной двух поллитр и Иванвасилич загружался в свой Москвич и ехал в Крохалёвку за добавкой. Москвич этот достоин отдельного слова – лет ему было много! Цвет как у цыплёнка. Не мыт с конца осени. Дно проварено лично хозяином «тройкой». В багажнике танковый аккумулятор. Бензин ел любой. Самое чистое место это место водителя. Глушак – труба водопроводная с вваренными перемычками «туда-сюда».
И вот уже в ночь едет он в соседнюю деревню и там затаривается, иногда с приключениями в виде недружественных разборок с аборигенами, сна посреди лужи в застрявшем автомобиле…. А чаще благополучно возвратившись в свою деревню и визита к пастушке с её дочкой. Там выпивалось всё привезённое и благодарные мама с дочкой укладывали Ивана, там он назывался именно так и мамой и дочкой, посреди себя. Уснуть они ему не давали и среди ночи он, исполнив долги, рулил домой, там добавлял из заначки, и падал во дворе на лужайку. Тут шла очистка печени. Звуки при этом получались похожие на те что издают немцы произнося название своей столицы – Берлин. К обеду приезжала Марьиванна или сам Иванвасилич продрав очи выпускал уток на лужайку. Водоплавающие очищали конотоп от посторонних печёночно желудочных примесей и весело уходили за ограду. А Иванвасильевич, похмелившись, выслушав комментарии Мариванны, лез под машину приваривать оторваное во вчерашнем вояже, и ждал обеда.
И никогда ничем не болел. Разве что головка бо-бо.

Еврей набирает номер КГБ.
— КГБ слушает.
— А у Абрама в огороде золото закопано.
— Спасибо, разберемся.
Потом набирает номер Абрама и говорит — Абрам, я договорился, огород тебе вскопают.

Пчёлы с «большой дороги» в огороде

Приехал я к родне в деревню. Граница Тульской и Липецкой областей — глушь. Деревенский домик, пасека при нём, а вокруг — русская Швейцария — бескрайние поля и минимум людей (см. историю «Земной поклон мастеру-самородку»). Собрался со своим планшетником за грибами (тоже уже писал «Гость на «мусорные» опята»). Расспросил, что и где, оказалось — прямо за огородом (в их понятиях огород — поле обыкновенное, уходящее за горизонт) как раз и начинаются грибные места. Мне ещё на прощание сказали: «Когда по огороду пойдёшь, то между седьмым и восьмым столбом — дорога. Ты быстро перебегай». Я, городской житель, ещё подумал: «Какая в этой глуши может быть дорога, тем более, чтобы ещё и перебегать?»
Оказалось, что очень даже может. Когда меня первая пчела «тяпнула», я не особо-то тяжесть своей участи оценил. А когда сразу десяток, то бежал я с той ‘дороги’ быстро-быстро, обратно до дома и без остановок до пруда. Только в нём оказалось моё спасение и отмокание.
А за лукошком и своим планшетным компьютером я уже ночью возвращался. Последние пять метров на всякий случай — ползком. Вот такое-то у местных оказалось представление о ‘дороге’ — это трасса по которой пчёлы за гречишным мёдом летают. Причём, по-моему, все и сразу. не кормят их что-ли?

Как мы с Вовкой победили туалетного монстра.

Каждое лето, нас с моим братом Вовкой, родители отправляли в деревню к бабке с дедом. Умотавшись с нами за всё остальное время, они устраивали себе отпуск, а деду с бабкой ежегодную встряску.
В это лето мне уже стукнуло 7, а Вовке 5 лет. Заводилой выступал всегда я, Вовка же, от неопытности своих лет, всегда легко подписывался на всю херню, которую я затевал. Пендюлей, однако, доставалось поровну, по братски. И вот, попав в очередную ссылку, мы с Вовкой как обычно страдали хернёй и искали клад в коровьих лепёшках. Точнее Вовка искал, а я с помощью прутика рогатиной, выявлял кладоносные. Я уже не помню, откуда мне пришла в голову эта идея, но помню, что я был уверен, что в коровьих лепёшках должно быть золото и драгоценные камни. Но далее речь не об этом.

В доме было два туалета. Один в доме, практически со всеми удобствами (отец в своё время туда привёз унитаз, но говно всё равно падало вниз на кучу соломы), а второй в огороде, в виде отдельно стоящего здания, метр на метр, с дверкой и окошком в ней, в виде сердечка. Так вот, именно к этому сооружению нам с Вовкой строго настрого было запрещено приближаться.
— Жоподрыщ там живёт, — страшала нас с Вовкой бабка, — Если близко подойдёте, утащит к себе и будете всю оставшуюся жизнь дерьмо в чане месить.
— А почему дед туда ходит? — интересовался я.
— Да потому что ваш дед хуев консерватор. Видите ли, унитаз его жопу морозит. И мать природа зовёт его к себе уже, вот он и общается там с Жоподрыщем на предмет перспективной работы, ну и кормит его заодно регулярно.
Из всего этого, я мало что понял, но понял, что этого Жопдрыща чем-то надо регулярно кормить.
— А зачем его кормить? — не унимался я, — Если он такой плохой.
— Ну, если его не кормить, то он вылезет и съест вашего деда вместе с говном — подвела итог бабка и сказала, чтобы не ебли ей мозг и шли бы поиграть.
Бабка вообще отличалась малой культурой и крыла матом при каждом удобном случае. После каждого лета, родители нас учили заново разговаривать. Но вернёмся обратно к Жоподрыщу. Такая перспектива, что его надо кормить, меня всегда интересовала. У нас дома были рыбки и я с нетерпением ждал, когда придёт время их кормить, чтобы взять баночку с вонючим дерьмом, достать щепотку корма и бросить в аквариум.

— У меня Вовка есть план, — заявил я своему мелкому братцу. Завтра мы идём кормить Жоподрыща!
— А чем? — заинтересовался Вовка.
— Да хер его знает, — ответил я, — Завтра придумаем.

Завтра наступило, и мы с Вовкой стали готовиться.
— Я предлагаю скормить ему кошку — (тут надо заметить, что большой любви к кошкам я никогда не испытывал, а в доме их было вообще дохерища), заявил я Вовке.
— А как мы подойдём? — выразил опасения Вовка, — Вдруг он нас утащит?
— Не сцы, — успокоил я брата, — У меня есть план. Мы тихонько подтащим лестницу и припрём дверь, а ещё закроем её на задвижку. Так что с тебя самое лёгкое, закрыть сначала задвижку, — выложил я свой план Вовке.
Вовка почуял подвох, но я ему объяснил, что пока он будет закрывать задвижку, я буду отвлекать Жоподрыща, стуча по задней стенке. Так что он даже не услышит, как будет закрываться задвижка. Тем более Вовка это должен сделать очень тихо. На том и порешили. Поймали первого попавшегося кота и, сунув его в мешок, мы пошли в огород. Я взял на себя самую тяжелую работу, тащить деревянную лестницу. И вот, когда мы уже были на точке. Я подмигнул Вовке, намекая — не сцы и вперёд. Сам же знаками показал, что я пошел обходить сзади. На самом деле, я притаился за соседним кустом (ну страшно мне было подходить близко, пока Вовка не закроет защёлку на двери). Вовка же с задачей справился исправно. Он как партизан, прополз до туалета, затем тихонько подкрался к нему и повернул вертушку, закрывая дверь. И тут же пустился наутёк назад. Я тоже поспешил обратно к лестнице.
— Там что-то шуршит. — Шептал он в ужасе мне. — Я чуть не обосцался.
— Теперь помоги мне подтащить лестницу, — указал я Вовке.
Мы взяли её с двух сторон и медленно потащили к туалету. В туалете слышалась какая-то возня.
— Он там. — шипел Вовка, выпучив глаза.
— Тихо. — показывал я ему мимикой.
Ещё немного и мы были почти на месте. Подняв лестницу вертикально, мы толкнули её вперёд, к туалету, так, что она с грохотом опрокинулась на дверь и намертво заблокировала её. Из туалета донеслось громогласное — БЛЯ. И ещё какие-то крики. Я схватил мешок с кошкой и вытащил её наружу. Пока тащил, эта сука цеплялась за всё подряд, орала и порядком исцарапала меня. Видимо в отличие от Вовки она не поверила в добропорядочность моих намерений. Но я схватил её за шкирку и бежал уже к туалету. Внутри меня смешался страх и отвага. Я почему-то представил себя пионером героем, который бежит с гранатой на фашистский дзот. И вот в таких возвышенных чувствах я практически влетаю, по лестнице к сердечку и прицельно запихиваю кошака в сердечко.
Видимо мысли, и фантазии мной настолько завладели, что я даже не обратил внимания на какие-то моменты. Единственное, что я запомнил в тот момент, так это огромные глаза Жоподрыща в сердечке. и его благой мат. И мы бежали с Вовкой из огорода, не оглядываясь до самого дома.

Ну, потом мы, конечно, целую неделю были без сладкого и гуляли только во дворе, за то, что мы пошли кормить Жоподрыща, но зато дед начал ходит в домашний туалет. Бабка сказала нам, что с Жоподрыщем покончено, а туалет чуть позже разобрали. Вот так мы с Вовкой победили этого страшного монстра. И пускай нас наказали за это, но мы чувствовали себя героями.

Андрей Асковд (Чё то как то)

Случилось это несколько лет назад. Живя в небольшом городе, мы также держали небольшой огород за городом, и располагался он в сорока минутах неспешной ходьбы. В тот год зима была снежная, и на протекающей рядом реке прошёл весенний паводок, хоть и не большой, но дорогу к огороду затопил. И чтобы попасть на свой огород пришлось делать уже значительный крюк, преодолевая при этом одно очень грязное место, вода только недавно ушла. Всё же на огород мы попали, и, поработав на огороде, я с женой стал возвращаться назад домой, преодолевая это же грязное место.
Также надо было перейти по мостику через канаву, наполненную до краев водой, а так как дальше препятствий уже не ожидалось, то решили отмыть обувь от грязи. Я шёл впереди жены, и поэтому первый спустился к канаве, ища место поудобнее.
И тут из зарослей ивняка как-то резко выскакивает рука и раздаётся голос: «Руку дай». Я чуть было не сел на задницу, но удержался и только тогда заметил там лежащего на берегу уже пожилого мужика. Лежал-то он на бережку, да только ноги были в воде. Он протягивает руки и продолжает: «Помоги выбраться, не могу встать». Я же некоторое время стоял в ступоре, всё перед глазами стояла эта протянутая рука, и никак не могу понять, что это не мистика. Потом до меня стало доходить, что человек поскользнулся и упал, да и по разговору выглядел он вполне адекватно.
Подал я ему руку, а поднять его не могу, хотя силой меня бог вроде бы не обидел. Мешок, мешком и взяться не за что. Я его уже взял под мышки и кое-как поднял, чтобы поставить на ноги, боясь при этом самому не упасть в канаву. Поднял я его, а оно не стоит, снова завалился на бок и уже аккурат весь в воду упал. Тут подоспела подмога в лице жены, и с горем пополам мы его выволокли вдвоём из воды на берег. Лежит он уже весь мокрый на земле, а языком еле шевелит, кое-как поняли, что же он хочет сказать – выяснили, что тоже решил помыть обувь. Жена начала ему читать мораль по поводу чрезмерной выпивки, как же без этого, но я её остановил, дескать, ему и так без тебя дома достанется. На что наш спасённый, только согласно кивал головой, и что-то бурчал: дескать хорошо поработал, грех не выпить.
Мы его подняли, помогли перейти мостик, дальше препятствий не ожидалось, и мы его покинули, тем более он начал бубнить: «Я сам уже дойду».

Это было в 1977 году в одном таёжном поселке Амурской области. Для монтажа АТС из работников нашего узла связи была сформирована бригада монтажников во главе со мной – главным инженером недавно назначенного. Вот несколько зарисовок из того уже давнего прошлого.

Вместе с нами тогда же же работала бригада электромонтёров, которые занимались установкой телефонных опор и подвешиванием проводов, с целью подключения новых телефонов. Так как стояло жаркое лето, то они выходили работать с утра пораньше – по холодку.
Однажды начальник участка и руководитель этих работ говорит: «Чуть сегодня несчастный случай на работе не случился», я насторожился, но он со смехом далее стал рассказывать. Залез один из его работников на столб, который фактически стоял в огороде одной семьи, работает и слышит громкие голоса – муж с женой пререкаются. Присмотрелся и прислушался, тем более что их он знал. Видит – муж пристаёт к жене, что-то от неё требует, а выпивоха он был знатный, та от него отмахивается, говорит – «отстань, всё равно не дам». А мужик продолжает настырно к ней лезть, тут баба не выдержала натиска мужа, сорвалась с места и бросилась от него бежать в огород. Тут муж кричит в след – «Дура, ты куда? давай е-ся». Тут баба резко останавливается и произносит фразу, которая у нас имела очень высокий рейтинг, вплоть до нашего отъезда: «А! Ну это тогда совсем другое дело!»
Монтёр потом своему начальнику сказал, что если бы цепью не застраховал себя, пристегнувшишь к столбу, то грохнулся бы на землю, а так только повис на ней.

Мы – монтажники тогда питались в поселковой столовой, далековато было – 2 км пешком ходили, но для здоровья это даже польза. Нас там уже знали, и относились с уважением. Вечером на ужин эта столовая становилась своеобразным кафе, там появлялись в продаже легкие спиртные напитки – вино и алкогольные напитки типа «Стрелецкая» и т.п. Иногда мы себе позволяли расслабиться, брали бутылку на шестерых, больше позволить не могли – монтаж проводов с алкоголем не совместим, был горький опыт переделки своего брака в работе. Но только уже старые люди ещё помнят, что в это время также действовал закон – алкоголь продавать с 11 часов дня.
И вот однажды утром на завтраке наблюдаем такую картину: мужичок пристаёт к буфетчице, с явной целью опохмелиться. Та отнекивается от него, а он продолжает канючить. И слышим, как буфетчица от него отмахивается: постоянно повторяет «Нету!», а надо сказать на витрине спиртное не стоит. Мужичок продолжает клянчить, и что-то ей доказывает, а буфетчица уже сменила пластинку и уже повторяет «Не дам!». Тот не отстаёт и вот уже слышим – долгожданное – «На!». С этими словами она выдала ему злополучную бутылку «Стрелецкой». Тогда у нас часто в ходу использовалась эта фраза, ставшая крылатой – «НЕТУ, НЕ ДАМ, НА!»

Тот же посёлок и те же люди. К нам проездом заехал водитель бензовоза, который вообще-то работал на легковушке, оказывается, его бросили на прорыв – водитель бензовоза запил, а груз надо срочно доставить. Остаётся у нас переночевать, дорога была длинная, устал. Как раз подоспел к ужину, пошли все вместе, заодно новости из родины узнаем. А надо сказать, что этот водитель был страшный бабник, ни одну вдовушку мимо не пропустит. Он меня возил лет семь, многое про себя рассказывал, однажды жаловался, что взрослые сыновья своего папашу учили уму – разуму, в защиту матери.
Так в столовой он стал флиртовать с посудомойкой, и прямым текстом сказал, что жди, приду на ночь. Ну, сказать одно, а сделать другое дело. В общем, никуда он не пошел, а завалился спать и рано утром уехал дальше. А утром в столовой нам женщина выговор делает: и даже кассирше указывает – этих кормить не следует, они обманщики. Потом, когда на обратном пути он снова к нам заехал, мы ему выговор также сделали, а то, после твоих заигрываний, нас кормить уже не хотят. Вот так: нельзя обещать женщине, того, что не
собираешься выполнять.

Носите каску, иначе можно получить контузию на любовном фронте.
Немножко интимного..

Преамбула.
Если кто-то помнит, что страна наша была когда-то СССР и в ходу были
кровати с панцирной сеткой, что в тюрьме, что в армии, что у рядовых
граждан. Со временем захиревший союз развалился и вместе с ним панцирные
кровати ушли из обихода его граждан, одни на свалку, другие на огород.
Помните, что дужки у этих кроватей были изогнуто-хромированы и крепились
они к боковинам винтиками. Но для любителей огородной жизни винты уже не
к чему. Чего там париться со старой кроватью, с провисшей сеткой,
собирая её в первозданный вид, т. е., где-то искать потерянные винты и
крепить ими душки. Вот за это я и поплатился.
Амбула.
В период общения с моей будущий женой, а были мы тогда ещё любовники и
жарким августовским летом встречались на огороде (а кто этого не
делал?), я имел неосторожность не проверить наличие крепления этой
дужки. А дама моя, очень фигуристая и пластичная, ноги задирала (и
задирает) на всю длину икроножных и других мышц. И вот уцепилась она в
эту дужку ступнями, ну а я, как и положено, выполняю от природы данный
мужикам инстинкт. И, что вы думаете? В самый ответственны момент — БУМ!
Я не понимаю, кончил я или меня застрелили прямо в лоб! Потому как из
глаз летят искры! Сообразив, что я ещё жив, открываю глаза и вижу лежащую
трубу на груди любимой женщины. Начинаю понимать, что просто получил
удар этой хромированной загагулиной прямо выше переносицы! Эта железяка
просто соскочила со спинки кровати и аккурат угодила в меня!
Вот с тех пор мы уже и не любовники, а семья!
Так, что мужики бОшку от любви может снести и по-другому.

Из зоопарка сбежал слон и залез к одному мужику в огород. Пьяный мужик вышел в огород, увидел слона и давай ментам звонить: — Мужики, скажу, вы не поверите, у меня тут в огороде мышь сидит офигенных размеров. — Ну и что? — Так она мою капусту хвостом рвет! — И чего она с ней делает? [. ]

Сколько я себя помню, мой батя гнал самогон. И до сих пор это делает.
Правда рецепт уже другой. Раньше – со змеевиком, потом появился
стеклянный холодильник. Вся инсталляция из трубочек, склянок, баков,
воронок и банок на растяжках из бинтов развешивалась на кухне. Окна
кухни завешивались одеялом, наверное для того, чтобы все во дворе знали,
что в 59-й квартире гонят самогон. Двери кухни плотно затворялись, чтобы
затруднить работу соседских газоанализаторов. Время от времени брались
пробы и делались замеры. Помню, что в какой-то момент был куплен
спиртометр. До него все делалось по канонам – отрывался кусок газеты
«Вечерний N-ск», подставлялся под струйку с самогоном, чтобы отделить
живую воду от мертвой. Пробы делались очень сосредоточенно с заранее
порубленным лучком и кусочком копченого сала размером с марку. Буквально
пятьдесят грамм. Иногда раскрыть букет и оценить качество дистиллята не
удавалось с первого раза. Тогда приходилось делать второй отбор. Лучок
еще раз и на этот раз соленый грибочек. Соленые грибочки в ассортименте
— грузди белые, грузди черные, волнушки.

В разные периоды самогон делался по разным рецептам и поэтому имел
разные имена. Была просто Родимая. Несколько промежуточных подвидов
имели имя Проклятая. Был период, ближе к защите кандидатской, когда
самогон приговаривался к двойной перегонке через активированный уголь, и
весь урожай получил поэтическое название Северная рапсодия. Когда
гналась самогонка, все передвижения и звонки были запрещены. Исключение
делались только для междугородних переговоров, узнать их можно было по
более нервным и коротким звонкам. Если это были знакомые, их просили
быть покороче. Пароль был прост: мы смотрим кино. Вторую серию. Вторая
серия означала вторую трехлитровую банку. Традиция гнать самогон привил
бате его отец Василий Иванович. Я как сейчас вижу его одинокую фигуру с
железным прутом в руках, медленно шаг за шагом передвигающуюся по огороду
и через каждый же шаг протыкающую брюхо земли прутом. И так по несколько
часов в день. Иногда неделями. Дело в том, что в сёлах борьба с
проклятой велась особенно жестоко. И десятилитровые бутыли приходилось
закапывать в огороде до нужных времен. Были периоды, когда дедов огород
мог дать урожай до центнера самогона с десяти соток. Много дед не пил,
гнал много. Закапывая, дед старательно запоминал место. Кто хоть раз в
жизни предавал земле самое ценное, знает, как важно запомнить место. Дед
помнил об этом всегда. Помнить-то он помнил, а вот само место он забывал
почти сразу, стоило последней горсти земли упасть на заспиртованную
могилку. Склероз — главный враг всей нашей семьи по отцовской линии. Он
сгубил больше самогона, чем все министерство внутренних дел. И вот когда
приходила пора собирать урожай, дед выходил к огороду как на минное поле
с лопатой и начинал разорять курганы. И всегда сталкивался с тем, что
курганы эти были пусты. Углублялся в землю как Илья Муромец по плечи,
давно зная, что не зарывал бутыль так глубоко. Но может она по какой-то
таинственной причине ушла в землю? А может он ошибся? Может.
Тогда он начинал копать рядом. Опять мимо. И так огород превращался в
поле игры в морской бой. То тут, то там на нем возникали воронки. Когда
все подсказки, которые сполохами блуждали по его подкорке, были
исчерпаны, дед начинал рыть случайным образом. Но не только ни один
корабль не был потоплен, но даже ранен. Вот тогда-то он и решил, что
глупит. Огород и так был как прыщами изранен кротами. А тут еще и он
сам.
Вот тогда-то изворотливый ум деда нашел простое и элегантное решение
борьбы со склерозом. Он взял из своего сарая двухметровый железный прут.
И стал шаг за шагом идти взад-вперед по огороду, аккуратно и бережно
протыкая землю.
Эта стратагема пришлась по душе многим, потому что даже сейчас, гуляя по
селу, когда бываю там проездом, я нет-нет да увижу одинокую фигуру с
железным прутом на своем огороде.

Все это была предистория. А сейчас и сама история. Из-за этого же
самогона я однажды видел как батя танцует. Почему-то 31 декабря, прямо
перед Новым годом, батя гнал самогон. Все были зашифрованы, говорили
шепотом и старались делать вид, что дома никого нет и не будет. Вдруг
звонок. Батя замер. Настойчивый и нервный повтор. У бати адреналин начал
растворять стенки сосудов. В дверь начали стучать. Батя подкрался к
двери, прислушался (глазка у нас не было) и, по запаху что ли, думал
определить гостей. В дверь начали бить ногой. Не бить, а хуячить. Батя
скривился, но открыл дверь, на всякий случай привалившись к ней всем
телом. Но на дверь навалились с той стороны, батя отлетел и в коридор с
громким криком ввалилась пьяная компания с гармошкой, бабами, частушками
и азбукой морзе каблуков.
— С Новым Годом!
— Вы кто такие?
— Танцуй!
— Кто такие, я спрашиваю?
— Танцуй! — и вся компания заворачивает на кухню. Батя становится
стеной. Позади Москва. Отступать некуда.
— Стой! Дальше нельзя!
— Танцуй!
Батя сглотнул, прочистил горло, словно хотел еще и спеть и. стал
танцевать! Камаринского. Выбивая пыль из совдеповской майки цвета
морской волны и синих спортивок в дермантиновых шлепанцах. Бабы визжали
частушки, гармонист заходился в тактильном экстазе, всеми пальцами рук
разжигая 25 клитора гармошки.
Танцевал пока не раскалились меха его прокуренных легких и он не
остановился, истекая потом. Отдышавшись, он в конце концов смог добиться
от гостей — кто они и откуда. Выяснилось, что они ошиблись этажом и шли
в гости к Шишкиным, соседям над нами.

Мама пишет в тюрьму сыну: Сынок, как тебя посадили сил нет, некому помогать по хозяйству — огород не вскопанный, картошка не посажена, что делать не знаю!
Сын пишет ответ: "Мама, в огороде не копайся, накопаешь такого, что и тебя посадят и мне срок добавят".
Мама опять пишет сыну: "Сынок, как пришло твое письмо, приехали мусора, перекопали весь огород, ничего не нашли — уехали злые, матерились".
Сын пишет ответ: "Мама! чем мог — тем помог, картошку сажайте сами."

— Иван, скажи, ну почему бы тебе не посадить картошку, морковку,
помидоры там всякие? Огород-то вон какой!
— Так не растет.
— А вот посмотри через дорогу: и в огороде всего полно, и забор стоит,
а не на земле валяется, как у тебя.
— Ну, так это — у хохла!

В средней полосе России из зоопарка убежал слон. Выбежал на волю и к
какому-то крестьянину вломился в огород. Жрет там все, что попадается под
хобот, а крестьянин проснулся от хруста и топота, выбегает в огород и о#%$#ет.
Забегает в дом и звонит в милицию:
— У меня тут в огороде какая-то скотина хвостом овощи выдергивает !
— Ну и чего он с ними делает ?
— Ой, вы не поверите.

Военный коммунизм. Обмен телеграммами между Сарой и ее
мужем, находящимся в Красной Армии.
«Должна сажать картошку. Некому перекопать огород.
«Не перекапывай. В огороде зарыт пулемет».
«Приходили чекисты. Перекопали весь огород».
«Сажай картошку».

Одинокий старик жалуется другу:
— Разболелся я, не могу ни огород вскопать, ни дров нарубить.
— Ладно, помогу тебе, — обещает друг и звонит в КГБ: мол, у
Иванова в огороде валюта закопана, а в дровах микропленки
шпионскиеЄ
Наутро снова встречаются:
— Спасибо, друг! Уже вскопали огород, и дрова порубили!

В средней полосе России из зоопарка убежал слон. Выбежал на волю и к какому-то
крестьянину вломился в огород. Жрет там все, что попадается под хобот, а
крестьянин проснулся от хруста и топота, выбегает в огород и охуевает. Забегает
в дом и звонит в милицию:
— У меня тут в огороде какая-то скотина хвостом овощи выдергивает!
— Ну и чего он с ними делает?
— Ой, вы не поверите.

Военный коммунизм. Обмен телеграммами между Сарой и ее мужем, находящимся в
Красной Армии. «Должна сажать картошку. Некому перекопать огород.» «Не
перекапывай. В огороде зарыт пулемет.» «Приходили чекисты. Перекопали весь
огород.» «Сажай картошку.»