Анекдоты про есенина

Жаркий летный день. Девушка приходит в парк, садится на скамейку, достает из сумки томик стихов Ессининга — и вдруг на нее падают капли дождя. Она раскрывает зонт и слышит за спиной свой голос: — Бариан, Дарага, вы боитесь отдать это облако в руки Мая — куда я пойду туда и пойду.

Когда я говорю, что мне нравится Есенин, все думают о русской природе, образах, чувстве родины. И я имею в виду прием, пьянство и декаданс.

Цифровые стихи (читать вслух, с выражением)

Пушкина 17 30 48 140 10 01 126 138 140 3 501

Маяковского 2 46 38 1 116 14 20! 15 14 21 14 0 17

Есенин 14 126 14 132 17 43. 16 42. 511 704 83. 170! 16 39 514 700 142 612 349 17 114 02

Смешно: 2 15 42 42 15 37 08 5 20 20 20! 7 14 105 2 00 13 37 08 5

Сергей Безруков в титрах нового фильма. — Объясните, почему вы не принимаете меня на эту роль? Ну, смотрите — я сыграл Пушкина, Есенина, Бога, в конце концов! Почему? — Ну, как тебе сказать… — Нет, ты объясни! — Ну, ты знаешь. Анна Ахматова была женщиной.

Пушкин погиб на дуэли в 37 лет, Лермонтов — в 28, Есенин покончил с собой в 30, Маяковский — в 36, Цветаева — в 48, Фадеев — в 54. Что вы сделали для Пенсионного фонда России!

Вечером он насупил черные брови. Чьи-то лошади стоят во дворе. Разве я не пропил вчера свою молодость? Перестал любить тебя, не вчера?

Не храпи, поздняя тройка! Наша жизнь пролетела незаметно. Возможно, завтра больничная койка упокоит меня навсегда.

Может быть, завтра я уйду совсем другим, вылечившись навсегда, чтобы слушать песни дождей и вишен, которыми живет здоровый человек.

Я забуду темные силы, которые терзали меня, уничтожая. Внешний вид ласковый! Дорогой взгляд! Только один не забудет тебя.

Пусть я люблю другую, но с ней, с любимой, с другой, Я расскажу о тебе, милая, что когда-то звал дорогой.

Я скажу вам, как протекает наша прежняя жизнь, что она не прежняя. Ты — моя голова на расстоянии, к чему ты меня привела?

«Любите женщин на свежем сене!» — писал поэт Сергей Есенин. «И лучше, все-таки, на грани!»- об этом говорил Пушкин. «Вести все по зернышку!» — настаивал на этом Блок. «Не важно где, а важно как!» — заметил мудрый Пастернак!

Есенин писал: «С гордой душой я прошел мимо счастья». Подумайте об этом.

Есенина, говорит, читаю тебя. Я считал себя культурным, а он начал: «Выпей со мной, сумасшедшая сука».

С двумя барышнями, в обнимку, Пушкин выходит из трактира, а перед самым выходом, в луже, лежит пьяный мужик. Барышни обращаются к поэту: — Александр Сергеевич, мы так много о вас слышали! Вы настоящий гений! Вы можете описать любую ситуацию красивыми словами. Продемонстрируйте нам свое искусство. -Гмм… лежит безжизненное тело на нашем жизненном пути. Пьяный поднимает голову из лужи: — Ну что, козел, что происходит? Идите к ней на е%и! — О, дамы, так это же сам Сережа Есенин.

Дневник Брауни, новая тетрадь. 12 сентября. Он завел новую тетрадь. Я сижу на холодильнике и пишу. Три часа ночи. Домработница ест колбасу и думает, что ее никто не видит. 13 сентября. Кошка тает. Я чихаю. Домработница крестится. 15 сентября. Читаем с кошачьей камасутрой. Ну, как вы читали? . . Он звенит, судя по фотографиям. Но потом они много думали. 16 сентября. Кошка нагадила под кроватью. Она спросила его — почему? Он говорит, что она каким-то образом сбежала. Беспокойство. Он спрашивает меня, где можно обгореть на несколько дней. 17 сентября. Хостин Хахаль поднялся за тапочками и вошел. История. Кот сидел на шкафу и делал вид, что вытирает там пыль. Хахаль полез за ним, он был голый и сломал руку. Я упал со смеху вместе с люстрой хозяйки. Согласно календарю, благоприятный день. 19 сентября. Кахал все еще не пришел. Хозяйка сбила кота с ног. Теперь он со мной не разговаривает. 20 сентября.

Пушкин выходит из трактира в обнимку с двумя барышнями, а перед самым выходом в лужу ложится пьяный. Барышни обращаются к поэту: — Александр Сергеевич, мы так много о вас слышали! Вы настоящий гений! Вы можете описать любую ситуацию красивыми словами. Продемонстрируйте нам свое искусство. -Гмм… лежит безжизненное тело/на нашем жизненном пути. Пьяный поднимает голову из лужи: — Ну что, козел, что происходит? Иди на хуй! — Ой, дамы, ну что вы, это же Сережа Есенин.

Наш город небольшой. Одна половина населения любит Пастернака. Другой — поклонник Есенина. Вот почему в городе происходят все драки.

В больнице. Врач, мрачно глядя на пациента: — Больной, вы любите литературу? — Да. — Отлично, скоро вы встретитесь с Пушкиным, Лермонтовым, Ениным, Толстым. — Будем читать лекции по русской литературе в палате? — Встречайтесь лично, лично …

Учитель литературы был пьян в полицейском участке. Впервые сотрудники правоохранительных органов услышали, как можно рифмовать непристойные слова в стиле Есинина.

Анекдоты про Есенина

Маяковский приехал с двумя проститутками на Тверскую. Они видят, что в луже лежит пьяный. Маяковский, демонстрируя свой талант, говорит: — На нашем жизненном пути лежит безжизненное тело… Ложь поднимает голову и говорит: — А вы, козлы, за какое дело можете взяться и обойти!» «Ну-ка, девочки, — говорит Маяковский, — это Есинин…».

— Каков объем Есенина в вашем туалете? — Надоело читать инструкцию к освежителю воздуха… Маяковский грустит о мытарствах и Есенин идет ему навстречу. Есенин: — Что грустно? Маяковский: — Да, меня точно отправят в ад как самоубийцу! — Не бойтесь. Я помогу тебе, ты залезешь в чемодан. Он подходит к вратам рая и стучит. Апостол Петр, глядя ему в глаза: — Да пошел ты в ад, грешник-саботажник! Есенин: — Да нет, просто спросил. — Существует ли Пушкин? — Да! — А Лермонтов? — Да! — Да, я принес им мусор… С детства мечтал писать стихи, как Есенин, но пока получается только топать, как он.

Убийца-интенсив забивает свои жертвы объемом Есенина.

— В твои годы, голуба, Есенин уже был знаменитым поэтом!» — «А в твои годы, папаша, Есенин уже повесился! Есенина, говорит, почитай… Я думал, культурный, а он начал: выпей со мной, штамп зика… да, мне нравилась девушка в белом, но теперь я сам себе сын. С. Есенин Мальвине: — Буратино! Кто ваш любимый поэт? — Есенин! — А ваше любимое стихотворение? — «И, потеряв скромность, я в доску осунулась, как чужая жена, обняла березу». В Петербурге живут настолько интеллигентные девушки, что в постели они с удовольствием кричат: «Есенин! Есенин! Есенин!».

Когда я говорю, что мне нравится Есенин, все думают о русской природе, образности, чувстве Родины… Я же имел в виду разврат, пьянство и декаданс.

— Вы как Сергей Есенин. Гулять, курить и материться! — Посоветуйте, в каком отеле в Санкт-Петербурге круче всего гулять? — Англетер. — А кто посоветовал? Есенин…

Знаете ли вы анекдоты про Есенина ?

1. Сергей Безруков, когда идет в лес за березовым соком, не втыкает трубки в деревья: он читает Есенина, и березы сами плачут в его банке.

2. Маяковский выходит из кабака в окружении стайки девушек. Девушки начинают окружать его: — Владимир! Правда ли, что вы можете сочинить стихотворение на лету, на месте? — Конечно!» — говорит пьяный поэт революции, — «Давайте заведем тему! Маяковский, гордо выпрямившись, громко начинает: — На нашем жизненном пути лежит безжизненное тело. Голос из канавы: — Ну, какое тебе дело? Ты гуляешь со шлюхами и уходишь. Маяковский: — Ну что вы, девочки, это Есенин.

3. (Для ценителей поэзии этих авторов) Как-то встретились 4 русских поэта: Александр Блок, Сергей Есенин, Владимир Маяковский и Роберт Рождественский. Болтали, пили. Вдруг они увидели у ворот женщину, мочившуюся по малой нужде. И каждый прокомментировал этот факт в своем стиле.

Блок: — Ночь, Луна. Звезды с бусинками. женщина писает

Есенин: — Я люблю, когда женщина писает. Я люблю запах мочи. О, как я хочу, хочу, хочу прижаться щекой к ее голой попке.

Маяковский: — Она пришла, села. Метр за метром, как в продуктовом магазине. Если бы у меня был 51 сантиметр, я бы доставил ей удовольствие.

Рождественский: — Там, за высоким забором, Женщина справляет нужду, Будь у меня ведро раствора, Я бы покрыл ее пылью.

Анекдоты про Есенина о Есенине

По набережной на пароходе «Сергей Есенин» спешит мать с маленьким сыном. — Мама, а кто такой Сергей Есенин? — спрашивает сын. — Оставьте меня в покое! Сзади подходит бандит и вмешивается в разговор: — Парень, откуда мать может знать, что «Сергей Есенин» — это бывший «Лазарь Каганович»?

В Институте физической культуры и спорта экзамен по русской литературе. Преподаватель вызывает студента-спортсмена по греко-римской борьбе: — Что, студент, классику знаешь? — Ну, Александр Карелин. — Нет, нет, например, А. Пушкин, С. А. Пушкин, А. Есенин. — Я их не знаю, наверное, это какие-то борцы.

Александр Блок выходит из какого-то кабака пьяный, смотрит — имеет двух женщин с легкостью. Он подходит к ним и говорит: — Девушки, пойдемте со мной бесплатно. — А кто ты такой, чтобы пускать нас бесплатно? — Ну, я Александр Блок, поэт — я пишу стихи. — И для чего? — Да, обо всем. Есть ли здесь о чем писать? Девочки оглядываются и видят какого-то пьяного, который лежит в луже и пускает пузыри. — А про этого пьяницу можно? — Легко: неподвижное тело лежит, Лежит и не дает пройти. Пьяный поднимает голову и бормочет: Ну, какая тебе разница, ты был со шлюхами — и уходит. Блок: — Ха, девочки, позвольте представить: мой друг — Сергей Есенин.

Маяковский был опечален судом, и Есенин встретился с ним. Есенин: — Что такое грустно? Маяковский: — Да, меня обязательно отправят в ад как самоубийцу! — Не бойтесь. Я помогу тебе, а ты залезай в чемодан. Он подходит к вратам рая и стучит. Апостол Петр, глядя в глаза: — Войди в ад, греша эгоистично! Джесси: — Нет, просто спрашиваю! — . — Существует ли Пушкин? — Да! — А Лермонтов? — Да! — Да, я принес им барахло.

Расследование станции: — Уважаемые гости столицы! Мы приветствуем вас в городе Москва-Сити, городе, где жили Пушкин и Булгаков, Пастернак и Есенин, Станиславский и Немирович-Данченко, и приглашаем посетить вещевой рынок «Динамо»!

Если святой плачет: « Бросай Россию, живи в раю! » я скажу: « Не рай, отдай родину! » С. Есенин

Если святой крикнет: « бросай Россию, живи в раю! » я скажу: « нет, в раю. » М. Горбачев

Если святой плачет: « бросай Россию. » А. Чубайс

Я сидел на скамейке в сквере и пил портвейн. Многие читатели, конечно, будут шокированы: «ФИ, Порт!». Сплюнь! Пусть генералы, сверкающие красными полосами и красные от красной икры, закусывают мордами Hennessy, пусть передовые юнцы с лейтенантскими брекетами, ударяя друг друга по количеству полученных взяток, лакают «текила-бум», Fuck me! Я пил портвейн, он «Три семерки», он «Семь на Кубе», он «Холдеры»! Это было отвратительно и мрачно по ряду очень веских причин, потому что: 1. Они ударили моего друга, начальника «забойного» отдела нашего, взорвали подмосковную мерзость. 2. Жена сделала «тысяча первое китайское предупреждение» и снова передала его Maman о том, что в результате очередного этапа события «Вортчестер-Антрор» муж появился дома только для того, чтобы «проглотить сушки-сухари». 3. В очередной раз меня прокатили со званием подполковника, так как хитрый штаб продал адекватную должность совершенно бесспорному человеку. Жизнь была похожа на собачью какашку, появляющуюся из-под снега Талуса. Я пью… и что? В конце концов Шиллер подставил своих «разбойников», роняя шампанское, и незабвенный Чехов, прошептав по-немецки «fuck me», попросил того же игристого напитка, а Есенин, бросив палку Айседору, отправился в кабак, и незабвенный Веничка Ерофеев не просыхал от столицы до кокеток до конца. Однако, проклятый ….

«Роман без лжи». (мысли вслух).

Скажите мне, блоггеры: кто сейчас Мариенгоф?

Есенин всегда был в сети (и есть!), а Толя здесь — Плей-офф!

Игра слов в рифму — это эстафета, в которой вы чувствуете партнера на руке: либо ласточка внезапно окажется под ударом Фетта, тогда блок станет снежком на линии.

Так что здесь Пушкин таился неподалеку, а Лермонтов — совсем рядом. Лобстер, конечно, поет сладким ядом, хорошо, что Есенин опять наглеет.

И без слов — любимый Байрон, Де Вега, строгий Гете, Цицерон. Душа застряла, ну, как вампир — Великий и гениальный Шекспир.

В 83 году они отправили славный МИХМ собирать морковь под Луховицами. В местном смешанном магазине — водка и «Изабелла», а у нас еще пиво. Мы решили посетить Рязань. Толпа из двадцати человек пошла. Находится рядом с пивным рынком. Кстати, как в песне, был советский гвардеец — двадцать глоток и две гитары приветствовали товарища. Давай выпьем пива. К нам подкрадывается местный голубой и слезно просит стакан. Дейли. Встает рядом с ним с пивом, улучшает его здоровье. Он смотрит на нас ясным взором и говорит: к Есенину пришли? Мы здесь прекрасны. Если подумать — то это должно писаться так: зеленый дуб, золотая цепь на нем. Есенин! На грохот прибежал полицейский с улицы. Синину дали рубль.

Не Есенин. Пусть другие тебя съедят, а мне останется немного: кусок легкого, мозг, два пальца и немного печени.

Есенин в цирке Рассказывают, что вскоре после революции руководителем Государственного цирка была назначена женщина, муж которой был поэтом-любителем и горячим поклонником творчества Сергея Есенина. По словам Анатолия Мариенгофа, Есенин сказал ему: — Толя, артисты цирка получают отсрочку от армии. Чтобы не погибнуть вместе с вами на полях гражданской войны, пойдемте к Наталье (так звали руководителя государственного цирка) и спросим — пусть она познакомит нас с программой! Она, конечно, помогала. Есенину пришлось сесть на коня и читать с арены революционные стихи. Первый и второй раз поэт ушел нормально, а на третий день они с Мариенгофом напились от радости, и Есенин упал с белого коня посреди арены, не дочитав стихи. Он стукнулся головой об пол арены, пришел за кулисы и сказал: — Толя, лучше быть убитым на фронтах гражданской войны, чем на арене!

Да, мне нравилась девушка в белом, но теперь я сам синий. С. Есенин

Эй, Шарик, ты мой лучший друг, почему я вдруг сплю на скамейке? А меня жена в дом не пускает, что делать, обычно у поэта жена — сатана. Ведь он не осознает себя поэтом, как Есенин или Блок. Ну, брат, сколько у тебя блох, Жаль, что водку ты не пьешь, мой друг. И, кстати, даже себе не нальешь, Без водки, Шарик, плохо — блохи и тоска. Становится светло, буду лежать спокойно — какая прочная доска!

Недавно я был в Берлине. Вечером я пошел в бар, не «Элефант», как «Штирлиц», но что-то похожее. Я пил кофе. А в баре сидели три молодых и очень пьяных немца. Один из них продолжал что-то громко кричать, и это мне порядком надоело. Я допил свой кофе и встал. Когда я проходил мимо прилавка, молодой дебошир немного притормозил, потрепал меня по плечу, как бы приглашая принять участие в их веселье. Я рассмеялась и покачала головой. Парень спросил: «Deutch?» («Немецкий?»). Я ответил: «Девять. Раш». Парень вдруг замолчал и почти вжал голову мне в плечи. Я отошла. Не скрою, с победной улыбкой: я был доволен полученным эффектом. RUS, да.

А я русский до мозга костей. Образцовый русский. Поскреби меня — найдешь татарина, это моя отцовская сторона, с мамой есть украинцы — куда же мы без них?» и таинственная литовская прабабушка, притаившаяся где-то. Одним словом, настоящая русская ДНК. Густой и насыщенный, как борщ.

И весь мой набор хромосом, а в придачу к нему набор луговых вятских трав, соленые рыжики, березовые веники, мамины колыбельные, три тома Чехова в зеленом переплете, чукотская красная икра, мама тети Зины из деревни Брайкино, смятые письма отца, декабрьские звезды Снежное детство, комедии Гайдая, лист веревки в Люблинском суде, писк Кришны, Грустные скрипки Чайковского, голоса из кухонного радио, запах липецкого карболока, прозрачные настойки Ивана Петровича — весь этот набор создал из меня человека этой широты и моей такой глубины, что страшно показаться монастырским колодцем.

И во мне нет никакой оригинальности, я самый типичный русский. Таинственный, задумчивый и опасный. Созерцательный. Достоевский в «Братьях Карамазовых» писал о таком типичном созерцателе, что «может быть, вдруг, накопив впечатления за много лет, он бросит все и уедет в Иерусалим странствовать и бежать, и, может быть, родная деревня вдруг сгорит, А может быть, это случится и тогда». И еще один. «

Быть русским — значит быть разорванным на части, быть разорванным на части. Пророщенный. Открыто. Одна нога в Карелии, другая на Камчатке. Одной рукой взять все, что плохо лежит, другой — сразу же дать первый встречный жулик. При этом один глаз смотрит на икону, а другой — на новости первого канала.

А русский не может спокойно рожать в своем саду или сидя на кухне в родном хрущобе — нет, он не просто сидит и копается, глядя на полпланеты, он так привык. Он мыслит колоссальными пространствами, каждый россиянин — геополитик. Дай русскому волю, он из Перми в Париж чесночную грядку сделает.

Какой-нибудь ритуальный фермер в Алабаме точно не знает, где находится Нью-Йорк, а русский даже знает, как далеко долетит наша ракета. Зачем посылать туда ракету? Ну, это второй вопрос, второстепенный, мы не обмениваемся мелочами.

Теперь нас беспокоит Сирия. Может быть, у меня протекает кран в ванной, но сначала я узнаю, есть ли такой в Сирии, а потом, если останется время, займусь краном. Сирия для меня важнее, чем мой родной кран.

Академик Павлов, наш великий физиолог, в 1918 году прочитал лекцию «о русском уме». Вердикт был таков: русский ум поверхностен, наш человек давно не привык к мусору, он ему не интересен. Сам Павлов или его современник Менделеев, казалось бы, опровергали это обвинение собственным опытом, но в целом его уловили верно.

У россиянина должно быть время, чтобы так много думать о том, что жизни не хватает. Вот почему мы много пьем: каждый бокал, кажется, делает мир яснее. Мировые процессы ускоряются. Он помахал бокалом — Чемберлена там уже не было. Он помахал еще рукой — Рейган летит. Третье сальто — мы разберемся с Меркель. Без завтрака.

Лет двадцать назад у меня было два адвоката. Мы приехали из Миланского университета, чтобы писать дипломы в Москве — что-то о нашей великой культуре. Они начали понимать это быстро — через водку. Они приходили, допустим, ко мне в гости и тут же доставали из сумки бутылку: «Мы знаем, как это принято». Ну, будучи русским ребенком, я не ударил в грязь лицом. Я все вылил, отменил: «Я покажу тебе, как мы можем!». Итальянцы спрятались: «Белиссимо!» — и смотрели на меня восхищенными глазами Раффаэле Мадонны. Боже, сколько я с ними выпил! И в конце концов он не удержался, не упал. Ибо он понимал: за Россией отступать некуда. Затем он помог написать диплом. Мы, русские, на все руки мастера, особенно с похмелья.

Больше всего русский ценит состояние пьяного умиротворения. Так что желе на стол, зарплата вовремя, срочно на экран. Если что-то идет не так, русский злится. Но ненадолго. Русский всегда знает: завтра может быть хуже.

Только наш народ мог придумать поговорку про суму и тюрьму. Моя мама всю жизнь устраивала себе буфет на кухне банками с тушенкой — «На черный день». Этот день так и не наступил, но я уже приловчился останавливаться возле полок с тушенкой в ближайшей «Питерочке». Я задумчиво смотрю на банки. Как будто я хочу попросить их о чем-то, как сумасшедший чеховский Гейб. Но пока я молчу. Я пока не покупаю.

При первой же возможности россиянин бежит за границу. Подальше от «ведущих мерзостей». Того же Пушкина всю жизнь рвали — не отпускали. И Гоголь радовался, как ребенок, пересекая границу России. Он обожал Италию. Оттуда он написал Жуковскому: «Это мое! Никто в мире не отнимет ее у меня! Я здесь родился. Россия, Санкт-Петербург, Снег, Странный, факультет, кафедра, театр — я мечтал обо всем этом. Я снова проснулся дома. «. А потом, когда русский в пьяном ступоре напьется, он смотрит на барокко и колеблющийся орган, запекая барахло и сыр, просыпается в нем.

Иностранцы с их фальшивыми улыбками — это обслуживающий персонал, время тосковать. Тоска смутная, неясная. Не в снегу и его решениях. И почему он тоскует? Ни Гоголь, ни Набоков, ни Сикорский, ни Тарковский не дадут ответа. Русская тоска так же необъяснима и тревожна, как звон колокола над холмами, как песня девушки в случайном электропоезде, как звук соседской дрели. Дома плохо, за границей мрачно.

Быть русским — значит жить между небом и водоворотом, между серпом и молотом.

Каждого россиянина в его стране жарят на гриле на предмет того, что означает свет. Воры и ублюдки у власти, вытаскивают все, что можно, веришь страшно, ни дороги, ни закона, ни будущего, сплошные проклятые дни, мертвые души, только бы Волге с обрыва броситься! Я проклинал себя, не жалея слов. Но не успеет иностранец или — что еще хуже — соотечественник, который давно здесь не был, заикнуться о моей стране грязи — вот он я, зверь, похожий на пьяного Есенина. Тогда я готов прямо в лицо. В больших масштабах.

Это моя страна, и все ее грехи лежат на мне. Если это плохо, то я тоже не подарок. Но мы будем страдать вместе. Без страданий — что мне русский в фиге? И уехать отсюда — куда и зачем? У меня целый мир пришельцев. Я умру здесь. Гробом меня сделает пьяный хозяин Безенчук, и пусть в гроб положат несколько банок тушенки. На черный день. Потому что, возможно, «там» будет еще хуже.

Встречи с А.А. Ахматова. Ext. 16

Анекдоты № 595 от 13.05.2011

Пушкин

Пушкин так прозрачен. И, похоже, он не умеет писать стихи».

Это « было хуже всего: единственное, что беспокоило, это то, что ничто его не интересовало».

Источник: https://www.anekdotas.ru/anekdoty-pro-esenina-2-3

Top

Сайты партнеры: Сонник, толкователь снов | Блок о щенках и собаках | Погода в Санкт-Петербурге России Мире | Копирайтинг студия TEKT | Газобетон стеновой с захватом для рук